Home Blog Page 529

Почему я не зову гостей к себе домой и дело не в экономии

0

Веселые сборища, праздники, дни рождения, растянутые на два дня, новогодние праздники, продолжающиеся неделю — все это не для меня. Такие мероприятия меня изматывают. Все начинается с уборки, потом нужно готовить, накрывать на стол, а затем убирать. Пока гости отдыхают и общаются, я занята заботами о сервировке и подаче блюд, уборкой грязной посуды и заменой её на чистую. О помощи от гостей не приходится мечтать. И когда они уходят, меня ждёт ещё одна уборка — нужно прибраться и вымыть посуду вручную.

 

Я человек, который может жить в некотором беспорядке. Могу не убирать, если нет желания, и держать на виду нижнее белье. Мне нравится ходить по дому в шортах и майке, поэтому я не люблю неожиданных гостей, которые приходят без предупреждения. Посуду я тоже не спешу мыть.

Что происходит, когда приходят гости? Приходится наводить порядок — убираться, стирать и мыть. Хочется, чтобы дом выглядел прилично, чтобы никто не увидел мой обычный хаос, который меня, в общем-то, устраивает.

Например, мои вещи могут сохнуть на вешалке несколько дней после стирки. Но если ожидаются гости, их приходится быстро снимать и убирать, чтобы посторонние не видели наше белье. Всё это создаёт определенные неудобства, но приходится подстраиваться.

И тут возникает вопрос: либо жить в комфортной для себя обстановке, либо вовсе не звать гостей. Конечно, есть люди, которые всегда поддерживают свой дом в идеальной чистоте, и для них это не проблема.

 

Ещё одна сложность — завершение встречи. Когда ты сам гость, можешь уйти в любое время, сославшись на усталость или ранний подъём. Но если люди пришли к тебе, они остаются до тех пор, пока им самим не надоест. Если собралась большая компания, готовьтесь, что они задержатся надолго.

Я не люблю с детьми гостей. После них многое оказывается не на своих местах. Дети по кроватям прыгают, оставляя после себя беспорядок, подушки разбросаны по всей комнате. После игр занавески могут быть сорваны, а на полу остаются пятна от пролитого сока. Как-то дети после еды стали играть в прятки с грязными руками, и мне пришлось стирать занавески после их ухода. В другой раз они сломали дверную ручку. За всеми не уследишь, а на чужих детей не накричишь, особенно когда родители не обращают внимания. Так что, когда ждёшь гостей, приходится убираться перед их приходом и снова после их ухода.

 

Любопытные гости — ещё одна проблема. Некоторые просят открыть шкафы, чтобы оценить количество полок, другие заглядывают на кухню, рассматривая содержимое. Я не люблю, когда моё личное пространство подвергается такому вниманию.

 

Сейчас мы переехали в новый дом, и родственники намекают на новоселье. А я не хочу его устраивать. С одной стороны, люди хотят увидеть наш дом, а с другой — я не горю желанием их приглашать.

Муж, в свою очередь, не понимает, почему люди не могут прийти в любое время, и упрекает меня за это. Я ему говорю:

— Если тебе так важно показать дом, делай это без меня. А я в это время отдохну и развлечусь по своему усмотрению.

Может, дело во мне, и я действительно не люблю людей? Я предпочитаю встречи в кафе или парке, где не нужно готовиться, и впечатления от общения не омрачаются уборкой. Я тоже хочу общаться с приятными людьми, но не понимаю, зачем делать это дома. Причём идти к ним в гости я тоже не хочу, как и звать их к себе — тут я честна. Но наши родственники не понимают походов в кафе, считая, что это дорого и лучше сэкономить, посидев дома.

 

ещё один неприятный момент: каждый гость считает себя экспертом в области интерьера, блюд и декора. Все норовят высказать своё мнение: «Суховато. Несовременно. Жирно. Тускло. Неуместно.»

Чем больше стараешься угодить, тем больше недостатков они находят. И обязательно дают «добрые советы» на будущее.

Все мы беспокоимся о своём образе в глазах окружающих. Мы не хотим, чтобы о нас думали плохо. Это особенно заметно у взрослых людей, которым за сорок. Они всегда накрывают богатый стол и стараются предоставить гостям всё самое лучшее. Но даже этого может быть недостаточно.

Мы не можем залезть в чужую голову и узнать, что думают гости. Осуждают они нас или довольны. Понятно, что в лицо скажут только хорошее, но истинные мысли остаются неизвестными.

 

Современные люди стали более самостоятельными, они не хотят беспокоить других и не хотят, чтобы их беспокоили.

Мы всё больше ценим своё личное пространство, иногда это доходит до того, что мы отгораживаемся не только от посторонних, но и от близких: родителей, друзей и родственников.

А вы гостеприимны?

Родители мужа пришли на обед: выдала им по 1 чайному пакетику и хватит. Надоело кормить родственников супруга

0

Елена сетовала на гастрономические причуды семьи мужа:

– Как гости, так хоть беги из дома. Уже не знаю, чем свёкров и золовку кормить.

– За столом сидят и воротят лица от тарелок. Уже устала под эту семейку подстраиваться!

 

Вопрос с едой действительно интересный, и вот что рассказывает моя подруга:

«У мужа в семье у всех свои гастрономические капризы, которые даже считаются их «изюминкой». Они гордятся, что не такие, как все. Но я устала от этих «особенностей».

 

Начну со свекрови: у неё правило – все блюда на столе должны быть в четном кол-ве. Например, восемь бутербродов, шесть котлет, десять мандаринов. Если нечетное кол-во видит, откладывает одну штуку на блюдце и на кухню уносит. Только после этого можно есть.

Сходить с ней в магазин – то ещё приключение. Она долго пересчитывает, сколько в упаковке голеней или крыльев, кладёт ровно шестнадцать картофелин и восемь морковок в пакет.Интересно, что её правило четного кол-ва только на еду распространяется. Когда я на 8 марта подарила ей две гвоздики, она обиделась. Интересно, почему?

 

Теперь о свёкре. Он ест только то, что приготовлено при нём. Если приходит, когда уже стол накрыт, голодный сидит, с лицом надменным. Или идёт на кухню и следит за каждым моим движением. Это мешает: я порежусь обязательно или уроню что-то.

Золовка тоже «особенная». Она всегда на диете, и каждый раз что-то новое не ест. Не угадать, чем её кормить. Часто слышу: «А я это не ем!»

Муж тоже с капризами – не ест лук. Я выкручиваюсь: добавляю сушёный лук в горячие блюда, или обхожусь без него.

Представьте, как визиты проходят: свёкор наблюдает за мной, свекровь пересчитывает еду, золовка придирается к блюдам. Надоело!Недавно звонят: «Будем проездом, в гости заскочим.» Вначале думала, чем их кормить, а потом решила: зачем напрягаться?

К их приходу приготовила шесть пакетиков чайных и две шоколадки. Всё четное, как свекровь любит.

 

За стол уселись. Родня зыркает: «Где еда?» Я спокойно раздала пакетики чайные. Открыла при всех шоколадки, дабы свёкор не думал, что их отравлю. Золовка сказала, что сладкое не ест, я ей пустой чай предложила.

 

В итоге встреча быстро завершилась. Родня обиделись, что их разносолами не встретила. А мне всё равно. Пусть дома у себя «изобретают»: котлеты считают, следят за готовкой и под диеты подстраиваются. Я участвовать больше не буду».

Как думаете: это действительно «изюминка» или на расстройство больше похоже? Стали бы вы подстраиваться под таких людей?

Одна в Чернобыле уже 36 лет: бабушка рассказала, почему не покинула зону отчуждения и как ей там живется

0

После катастрофы на Чернобыльской АЭС женщина покинула родной город, но вскоре возвратилась обратно.

84-летняя Мария Василенко обитает в Чернобыле уже 36 лет. Она живет в одиночестве и самостоятельно занимается домашними делами. Мария относится к категории людей, которых называют самопоселенцами. Хотя на самом деле они просто вернулись в родные края, многие из них – в свои прежние дома.

 

До чернобыльской катастрофы Мария Василенко и её супруг проживали на Киевском переулке. Женщина рассказала о трудностях, с которыми столкнулась после аварии, когда им пришлось скитаться по разным местам.

 

«Я из деревни Копачи. До катастрофы работала там. Проработала 30 лет уборщицей в школе. В Чернобыль переехала за мужем, в его дом. Так мы здесь и жили. Когда в Копачах уничтожали дома, я плакала, ведь там осталось два наших родных дома. Никто в них уже не жил, потому что моя мама умерла до катастрофы, но это была наша земля… Дома разрушили и закопали, теперь их нет…», — вспоминает Мария Василенко.

После взрыва на АЭС жителей эвакуировали, и семья Василенко некоторое время жила в Чернигове, Киеве и Днепропетровске. В Днепропетровске они временно находились в общежитии, затем отправились в Чернигов, где проживала сваха. Однако места в доме было мало, и они решили вернуться обратно.

 

«Я приехала первой. Осталась незаметной среди ликвидаторов, которые возвращались с Зеленого мыса. В тот же день попросилась на работу и на следующий день уже начала работать в гараже на Чернобыльской станции. Так и проработала там уборщицей 16 лет,» — делится воспоминаниями женщина.

 

После возвращения в Чернобыль, через несколько лет, Мария потеряла мужа.

«Мой супруг тоже вернулся, устроился на работу. Через четыре года он умер в 1990 году. Его похоронили в Чернобыле, за вокзалом. Гараж помог. Вот уже 31 год живу здесь одна,» — говорит Мария.

 

У Марии Василенко есть сын, живущий с семьёй в Борисполе. Однако она не собирается покидать Чернобыль. Говорит, что привыкла к этой земле. Здесь и останется, хотя и признаётся, что управляться с хозяйством на таком большом участке ей непросто. Особенно тяжело заготавливать дрова.

Родственники у Марии есть, но проживают далеко. Она ничего не просила у своих гостей и почти ни на что не жаловалась, хотя ясно, что жить одной ей нелегко. Из всех благ цивилизации у неё имеются лишь телевизор и мобильная связь.