Стараясь не шуметь, 27-летняя Елизавета Андреевна Малинкина осторожно двигалась по коридору в сторону комнаты Алисы — 14-летней дочери владельца дома. Нужно было проверить, спит ли девочка, чтобы самой можно было наконец лечь отдыхать.
Уже две недели Лиза работает в доме миллиардера Воропаева вместо своей старшей сестры Антонины, которая внезапно заболела во время отпуска. Приходится брать её обязанности на себя. Эта работа для семьи очень важна — зарплата здесь намного выше, чем где бы то ни было в их районе. У Антонины двое детей: 14-летняя Марина и шестилетний Ванечка.
Работа несложная — поддерживать порядок в доме и по возможности не попадаться на глаза хозяевам. Но есть одно «но»: в дни, когда Алексей Воропаев со своей невестой Анжеликой отсутствует, Елизавете приходится ночевать в особняке.
У Алексея Анатольевича есть дочь Алиса, и в такие вечера она остаётся одна в огромном доме. Дом прислуги находится на другом конце территории поместья.
Еще на лестнице Лиза услышала плач. Посмотрела на часы — три часа ночи.
— Что за странность? Опять плачет… Это уже выходит за рамки обычного, — пробормотала она себе под нос.
Женщина набралась решимости и постучала в дверь. Хотелось разобраться, что происходит. Она была уверена: случилось что-то серьёзное. Если бы у девочки была такая обеспеченная жизнь, разве бы она плакала?
Хотя сестра строго предупредила: «Не показывайтесь перед хозяевами», Малинкина всё же решилась зайти внутрь. Вместо того, чтобы просто послушать за дверью, она распахнула её и вошла в комнату.
— Ты что здесь делаешь?! Кто тебя сюда пустил?! Убирайся сейчас же! Я вызову охрану! — закричала Алиса и швырнула в горничную подушку.
Лиза ловко поймала её и тут же метнула обратно. Подушка попала прямо в голову хозяйской дочери.
— Как ты смеешь?! Я расскажу папе, и ты будешь уволена! — возмутилась девочка.
— Пусть увольняет, мне не жалко, — ответила женщина с долей сарказма. — Просто невыносимо жить в вашем доме. Даже ночью покоя нет. Кто-то постоянно рыдает. Не знаешь, кто это? — она усмехнулась. — Ах, да, это ты. Наверное, папочка не ту звезду с неба подарил или нарощенный ноготь сломала?
Алиса разрыдала:
— Ты ничего не понимаешь! Если бы ты знала, как я мучаюсь!
— Согласна, ад, — кивнула Лиза. — Вот если бы меня в 14 лет возили в школу на машине с водителем, тоже бы плакала.
— Почему? — удивилась девочка.
— Мы после школы ходили купаться, осенью собирали грибы, иногда ездили в кафе мороженое. А ты? У тебя никто не бывает, тебе не с кем поговорить.
Малинкина направилась к выходу, но Алиса остановила её:
— Как найти друзей? У меня их вообще нет.
— Совсем? — поразилась женщина.
— Ни одного. Раньше у меня была мама, потом родители развелись. Меня отправили учиться за границу, там заболела, и отец вернул меня обратно.
— А почему живёшь с отцом, а не с матерью? — спросила Лиза, чувствуя знакомую боль.
— Мама меня не хочет видеть. У неё новая семья — муж и маленькие детишки.
— Она сама тебе об этом сказала?
— Нет. Я её давно не видела. Об этом мне говорит отец, — вздохнула Алиса.
— Вот идиот твой отец! — не сдержалась Елизавета. — Такое говорить своему ребёнку может только полный эгоист.
— Это ты обо мне? — раздалось из дверного проёма.
Обе замерли. В комнату вошёл мужчина лет тридцати пяти.
— Ой, папа, вы уже вернулись? — растерялась девочка, прячась под одеяло.
— Перестань называть Анжелику болонкой, — строго сказал Воропаев и обратился к Лизе: — Кто Вы и что делаете в комнате моей дочери?
— Я домработница. Просто хотела проверить, спит ли она, — смущённо ответила Лиза.
— Вас же предупреждали: нельзя входить, можно лишь слушать за дверью. При необходимости будите Тамару Петровну, а не врываетесь сюда.
— Да, меня предупреждали, — опустила глаза женщина, не желая выдавать Алису.
— Вы уволены, — холодно заявил Алексей и подошёл к кровати дочери.
Лиза стояла, не зная, куда деться. Она чувствовала себя униженной и переживала — как объяснить всё Антонине?
Воропаев обернулся:
— Вы ещё здесь? Уходите. Вы уволены.
— Папа, не надо, она тут ни при чём, — взмолилась Алиса. — Я сама попросила её зайти. Мне страшный сон приснился.
— Хорошо, на этот раз прощу. Но если ещё раз увижу вас рядом с дочерью — пеняйте на себя.
Лиза быстро ушла в свою комнату. Как глупо получилось. Чуть не подвела сестру. Больше она точно не станет соваться к Алисе.
Засыпая, Лиза думала о старшей сестре — Антонине Гриневой. Для неё она всегда была самым родным человеком. Разница между ними — восемь лет.
Она помнила те времена, когда отец был жив, семья большая, дружная, мама заботилась о них. Затем папа заболел. Его увезли в городскую клинику, откуда он уже не вернулся.
Мама долго скорбела, но вскоре начала злоупотреблять алкоголем. Лизе тогда было тринадцать. Жить с матерью и её новым мужем, Юрием Жуковым, она не хотела и постоянно убегала к отцовскому дому. Её забирали силой, но она сбегала снова.
Однажды Лиза уехала на поезде за триста километров. Полиция нашла её и отправила обратно. После этого впервые вмешались органы опеки.
Тогда Антонина, у которой только родилась первая дочь Марина, решила забрать сестру к себе:
— Саша, давай возьмём Лизу? Пропадёт девочка, — сказала она мужу.
— Не против. Только сможешь справиться с малышкой и подростком? Тем более, я часто в командировках, — ответил Александр, вертолётчик по профессии.
Он любил небо, но ради Тони согласился быть больше дома. Однако полностью отказаться от полётов не смог.
Так и живёт теперь Антонина — в постоянной тревоге, если муж на службе. Но зато смогла спасти сестру от тяжёлых условий дома матери. Наталья Егоровна даже не сопротивлялась — ей хотелось свободы, а Лиза доставляла массу проблем.
Мать, отдав младшую дочь на попечение старшей, лишь вздохнула с облегчением и целиком погрузилась в свою беспечную жизнь. Елизавете же повезло — она оказалась в заботливом доме Антонины. Впервые за много лет Лиза почувствовала тепло, внимание и поддержку.
Постепенно девочка пришла в себя: успокоилась, подтянула учёбу и начала радоваться жизни. Теперь после школы она спешила домой не только чтобы сделать уроки, но и помочь любимой сестре.
К матери Лиза больше не ходила, хотя та жила всего в нескольких кварталах. Обида была слишком велика. Зато по ночам она часто плакала, вспоминая отца — самого родного человека, которого уже не было рядом.
Елизавета окончила школу с серебряной медалью и без особых трудностей поступила в университет. После получения юридического образования она стала адвокатом и уже через три года вошла в состав коллегии адвокатов.
Молодая Малинкина быстро завоевала репутацию перспективного и грамотного юриста. Коллеги и преподаватели предсказывали ей большое будущее. Огромную роль в её карьере сыграл Наум Яковлевич Гольдман — один из лучших адвокатов региона, который стал для Лизы не просто наставником, но и близким человеком.
У Наума Яковлевича была собственная дочь, но они давно потеряли связь — семья Гольдмана переехала в Канаду после развода. Он остался в России и теперь считал Лизу своей духовной дочерью. Для многих он был легендой — не просто талантливым, а настоящим гением своего дела.
Лиза прекрасно это понимала и всегда считала своим счастьем учиться у такого мастера. А единственной болью в его жизни было одиночество. И Малинкина стала для него опорой. Особенно трогательным было то, что внешне она напоминала его родную дочь, поэтому Гольдман нежно называл её «дитя моё».
Знакомство с адвокатом произошло, когда Лизе посчастливилось стать его стажёром. Позже, начав самостоятельную практику, девушка сохранила с ним доверительные отношения, продолжая помогать ему и общаться почти как родные.
— Я никогда Вас не брошу, Наум Яковлевич. Даже не надейтесь! — говорила Лиза, отвозя старика на дачу.
— Дитя моё, я бы и сам добрался. Зачем ты с утра примчалась?
— Одевайтесь и не спорьте. Жду вас в машине. Где ваши вещи?
— Сумки я сам соберу. Я мужчина, всё-таки. Или мне лучше их проглотить? Подожди, я скоро. Успеешь потом меня отругать, — ворчал Гольдман, пряча улыбку.
Такие диалоги были обычным делом между ними — двумя людьми, ставшими друг для друга ближе родных. Наум Яковлевич даже изменил завещание, оставив половину своего состояния Лизе. Хотя она ничего об этом не знала — да и не стремилась к богатству.
Для Елизаветы самым ценным было само присутствие этого человека. Рядом с Гольдманом она чувствовала покой, защиту, безопасность — такое ощущение она испытывала только в детстве, пока был жив отец.
Старый адвокат тоже не представлял себе жизни без Лизы. Он опасался, что однажды она уедет — выйдет замуж, обзаведётся семьёй. Если раньше он смог пережить разлуку с родной дочерью, то сейчас — нет. Но говорил об этом не хотел.
Он строил планы для Лизы: жениться, создать семью, родить детей, стать лучшим адвокатом страны. А о себе думал в последнюю очередь.
А пока они расставались лишь раз в год — на время отпуска, когда Лиза уезжала к сестре. Антонина столько лет заботилась о ней, что Малинкина хотела ответить тем же — помочь, быть рядом, хоть немного вернуть долг.
Хотя теперь Лиза могла позволить себе любые путешествия, она всё равно выбирала дом сестры. Это был способ сказать «спасибо» и просто провести время с близкими людьми.
Она неоднократно предлагала Тоне переехать в город, где могли бы вместе снять просторную квартиру, работать, расти детей. Но Антонина отказывалась. Она ждала своего мужа — Александра Гришина, вертолётчика, чей аппарат разбился пять лет назад во время задания. Тело так и не нашли, и официально его признали погибшим.
Но Тоня не верила в это:
— Не поеду я никуда, Лизонька. А если Сашка вернётся? Как он нас найдёт в городе?
— Мы оставим записку с адресом, — шутила Лиза, хотя на душе было горько.
Она восхищалась силой духа сестры, её верностью и любовью. Но в глубине души жалела — ведь годы проходят, жизнь движется вперёд. А Тоня всё ждёт и ждёт…
Семён Крачков давно сватался к ней, но она отказала:
— Как я могу выходить замуж, если мой муж жив? Никто его тела не видел — значит, он вернётся.
Так и проживали Гришины в посёлке. Только когда дочь Марина закончит школу и уедет учиться в город, Лиза возьмёт на себя заботу о племяннице. А пока она приезжает к родным на праздники, иногда в выходные, и обязательно — на весь свой отпуск.
Именно в один из таких отпусков Лизе пришлось срочно прийти на помощь. Третьи сутки Антонина мучилась от боли, но не могла позволить себе не выйти на работу. Она была домработницей в доме миллиардера Воропаева.
Богатые любят жить за городом — покупают участки, строят дома. А обслуживающий персонал обычно набирается из местных жителей. Посёлок находится совсем рядом, до работы можно доехать за десять минут на велосипеде.
Поэтому Лиза легко договорилась с другими работниками — они согласились прикрыть замену, никому не скажут, что вместо Антонины работает её сестра. Хозяева и не узнают об этом, ведь большинство прислуги им и вовсе не знакомы. Персонал должен быть незаметным, стараться не попадаться на глаза.
Раньше таких строгих правил не было, но с тех пор, как в доме поселилась невеста Воропаева — Анжелика, всё изменилось. Будущая супруга не терпит людей без миллиона в кармане. Прислугу она презирает и не желает видеть.
Хозяйка требует, чтобы уборка проводилась вне времени пребывания семьи в доме, а при виде кого-либо из хозяев работники должны были моментально исчезать.
— То есть, нам нужно передвигаться как теням? — усмехнулась Лиза, услышав об этом впервые.
— Да, примерно так, — пожала плечами экономка Тамара Петровна, работавшая в доме много лет. — Это всё Анжелика. Она ещё не жена, а уже хозяйничает.
— Пока она невеста, а значит — гостья, — заметила Малинкина. — Гости могут просить, но приказывать не имеют права.
— Понятное дело, — вздохнула Тамара Петровна, — но никто не хочет с ней связываться. Воропаев сделал ей предложение, подарил бриллиантовое кольцо — свадьба не за горами.
— Ну, что ж, — улыбнулась Лиза, — мне даже на руку. Меня никто не знает, а значит, никто не догадается, что я подменяю сестру.
— Честно говоря, Лизонька, тебе лучше как следует прятаться, если вдруг увидишь Анжелику, — скривилась Тамара Петровна.
— Почему? — нахмурилась Малинкина.
— Слишком ты молодая и красивая. Таких к работе не допускают. Даже твоя сестра, Антонина, слишком молода для прислуги — они с Воропаевым ровесники. А уж ты и вовсе… совсем юная.
— Неужели она такая ревнивая? — задумчиво спросила Лиза.
— Еще какая! Даже Машу Гренкину уволила, хотя та вовсе не красавица. Но Анжелика знает всё про женское коварство. Поговаривают, раньше работала в эскорте. Теперь решила «остепениться» — возраст поджимает, четвертый десяток уже на подходе, — понизив голос, добавила экономка.
Было видно, что женщине не терпится посплетничать. Лиза уже заметила, что обслуживающий персонал дома любит обсудить между собой хозяев, но ни одна сплетня не выходит за пределы особняка. За разглашение информации грозило увольнение — и не кому-то одному, а всему штату. Все прекрасно это понимали и держались правила как заповеди. Работа была слишком хорошей, чтобы её потерять.
— Почему же Алексей Анатольевич решил жениться на такой женщине? — поинтересовалась Лиза.
— А ты знаешь, какая она хитрая? Как лиса. За годы работы в эскорте набралась светских манер: говорит по-английски, следит за новостями, разбирается в политике, моде, шоу-бизнесе. С такой и в люди пойти не зазорно, да и внешность приличная. Теперь понимаешь?
— Нет, — покачала головой Елизавета.
— Ну и ну, Лиза! Алексей никого не любил. Я здесь много женщин видела, но смотрел он только на Веру — свою первую жену. Вот её он действительно любил. Остальные ему были безразличны. Анжелика ему нужна как часть образа. Купит ей побрякушки, будет выводить в свет. У такого человека, как Воропаев, должна быть жена.
Женатый бизнесмен вызывает больше доверия у партнёров. Холостяк — это как-то несолидно. Вот и решил жениться.
— То есть, он её покупает? — задумчиво произнесла Лиза.
— Можно и так сказать, — кивнула экономка. — Он платит, а нам теперь терпеть эту деревенскую гейшу. Да и Алисе она категорически не нравится, — поморщилась Тамара Петровна.
— А почему Воропаев разошёлся с матерью Алисы? Мне показалось, девочка очень страдает из-за этого.
— Вера не выдержала. Она здесь чувствовала себя как птица в клетке. Алексей её любил, баловал, оберегал, но времени почти не уделял. Приезжал домой поздно, когда она уже спала, а уезжал рано, пока ещё не проснулась. Потом вообще отправил дочь учиться в Европу — вот тогда Вера окончательно загрустила.
Потом у неё появился другой человек. Конфликты между супругами начались из-за постоянного отсутствия мужа. Алексей кричал, что деньги не падают с неба, а Вере нужны были простые человеческие отношения. Но он уже не мог изменить свой график.
Тогда Воропаев посоветовал жене заняться чем-нибудь: развлечься или найти себе дело по душе. Вера ведь закончила художественную академию. Она начала ходить на выставки, общаться с художниками, попросила купить мастерскую. Алексей согласился. С тех пор она практически не выходила из неё.
А однажды за завтраком, будто между прочим, сказала:
— Леша, я ухожу от тебя.
— Почему? — опешил он.
— Я полюбила другого.
Оказалось, она давно переписывалась с англичанином Джеком — известным и богатым художником. Они познакомились на одной из выставок в России, где он покупал картины. Затем он несколько раз прилетал в Россию, встречался с Верой в той самой мастерской, которую подарил ей Воропаев.
Сейчас Вера замужем за Джеком и живёт в Лондоне. После развода Алексей сразу забрал дочь из Европы и перевёл в российскую школу. Бывшей жене он запретил видеться с Алисой — до сих пор не разрешает.
Девочка никак не может адаптироваться. Хотя в России уже третий год, с одноклассниками не находит общего языка. Слишком замкнутая, всё держит в себе. Детские травмы и разлука с мамой дают о себе знать.
— В душе Алексея живёт обида на Веру, а страдает его дочь, — вздохнула Тамара Петровна.
— Вы настоящий психолог, — улыбнулась Лиза.
— Да ладно тебе! Просто я давно на свете живу, всякого повидала. Иногда лучше любого психолога скажу: ты — не из наших. Не того поля ягода.
— Что вы имеете в виду? — удивилась девушка.
— То, что вижу. В тебе чувствуется порода — образованность, интеллигентность. Ты явно не из прислуги. Твоя сестра — простая женщина, а ты кто?
Лиза не планировала раскрывать о себе лишнего, поэтому ответила уклончиво:
— Я родом из райцентра. Там меня воспитывали, но училась в городе. А теперь, простите, мне нужно идти. Хозяева скоро проснутся, а я беседку ещё не убрала. Завтракать там будут.
— И правда! — встрепенулась Тамара. — Что это я разговорилась. Если Копейкина проснётся, нам всем достанется.
— А кто такая Копейкина? — не поняла Лиза.
— Это же Анжелика! — рассмеялась экономка. — Строит из себя аристократку, а на самом деле — Анжела Васильевна Копейкина, дочь нашего деревенского зоотехника. Из моей деревни — из Синьковки. Знакомое название?
— Знакомое, — улыбнулась Малинкина, схватила ведро с водой и побежала делать уборку.
Девушка спешила так быстро, что не заметила, как врезалась прямо в самого хозяина дома. Вода выплеснулась из полного ведра прямо на брюки и туфли Алексея Анатольевича.
Миллиардер широко раскрыл глаза, на секунду даже лишился дара речи, но быстро взял себя в руки:
— Опять вы? Послушайте, вчера вас не уволили только потому, что Алиса попросила об этом. Но это не спасёт вас от увольнения за другие провинности. Убирайтесь отсюда…
— Простите меня… простите… — Лиза вытащила из кармана фартука щётку и начала водить ею по лужам на полу.
— Вы что, совсем с ума сошли? Думаете, этими щетками можно убрать воду? – разозлился хозяин дома. Он уже собирался уйти переодеться, но вдруг остановился и резко обернулся: — Скажите, сколько вы работаете домработницей? Похоже, вы вообще не понимаете, как это делать.
— Нет-нет, что вы! Я ещё с детства всё по дому делала. У меня огромный опыт, — Лизино сердце заколотилось от страха — она боялась, что её сейчас снова уволят.
— Как вас зовут?
— Лиза.
— Хорошо, Лиза, продолжайте работать. Пока.
Малинкина быстро направилась к беседке, которую давно пора было прибрать. По пути она услышала обрывок разговора между хозяином и его невестой:
— Она тебя облила водой? Ты её уволил, милый? Почему?! Где эта особа? Сейчас же выгоню её сама!
Что именно ответил Воропаев, было не слышно, но Лизе показалось, что он уговаривает Анжелику не трогать прислугу.
Пока Лиза лихорадочно готовила беседку к завтраку, к ней подошла Алиса:
— Привет. Чем занимаешься?
— Привет. Не мешай, пожалуйста. Только что твой отец чуть не уволил меня во второй раз за последние двенадцать часов. Такими темпами я скоро точно лишусь этой работы. А мне нужно остаться здесь, понимаешь?
— Зачем?
Лиза остановилась и перестала вытирать стол:
— Это секрет. Ты умеешь хранить тайны?
— Конечно, умею, — растерялась девочка. До этого никто никогда не доверял ей настоящих взрослых секретов. Отец всегда отправлял её из комнаты, когда начинал серьёзный разговор.
— Тогда клянись — даже под пытками не проболтайся.
— Клянусь, — прошептала Алиса.
— Ну хорошо. Только помни — это очень важно. Я не просто служанка. Я проникла сюда тайно. На самом деле я здесь не работаю.
Алиса зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть, и тоже перешла на шёпот:
— Ты шпионка?
— Нет. Слушай внимательно.
Лиза рассказала немного о своём детстве, о сестре и о том, что ради семьи готова на всё. Сейчас сестра заболела и попала в больницу, а Лиза замещает её на работе. Кроме того, на ней теперь двое племянников — четырнадцатилетняя Марина и шестилетний Павлик. Марина старается присматривать за братом, пока Лиза работает, но ответственность всё равно лежит на ней.
Алиса сама не заметила, как взялась помогать убираться. Вместе они справились быстро, и с этого момента общая тайна сделала их такими близкими, что девочка чувствовала себя посвящённой в важнейшее дело на свете.
— Я тебя никогда не выдам, Лиза, — серьёзно пообещала она, положив руку на грудь.
— Спасибо. Ты настоящий друг, — искренне сказала Лиза. Алиса восприняла эти слова глубоко и даже расплакалась:
— Правда? Я могу быть твоим другом?
Лиза немного растерялась, но быстро нашлась:
— Алиса Воропаева, я предлагаю тебе руку дружбы.
Она ещё не знала, что только что обрела самого верного друга. У Алисы никогда раньше не было подруг, но девочка была умной, любила книги и прекрасно понимала, что такое настоящая дружба. Обман, предательство и недоверие были ей чужды.
— Лиза, ты сегодня ночью опять остаёшься? А как же Марина и Павлик?
— Да, я заберу их вечером. Но приглашать к себе в комнату никого нельзя — вдруг хозяин узнает?
— Ничего, они могут остаться у нас. Мы будем плавать в бассейне, смотреть фильмы в домашнем кинотеатре, заказывать пиццу и суши — Константин отлично готовит!
— Кто такой Константин?
— Наш повар, — рассмеялась Алиса.
— Нет уж, меня точно уволят, если узнают.
— Не уволят. Мой друг может быть здесь, где хочет. Так что не волнуйся. А с болонкой я сама разберусь.
— С какой ещё болонкой?
— С Анжеликой, — коротко ответила девочка, и обе рассмеялись.
В этот момент в беседку вошла невеста Воропаева. Она презрительно посмотрела на Алису и домработницу:
— Алиса, что ты здесь делаешь? Иди в дом. Как подадут завтрак, позовут. А пока нечего тебе тут делать, тем более с прислугой.
— А ты не спрашивала, — дерзко ответила девочка. — Ты здесь никто. Распоряжайся в своей деревне.
— Ах ты… Подожди, вот придёт моё время — тогда ты запляшешь! — процедила Анжелика сквозь зубы. Её губы дрожали, кулаки сжались. Казалось, она вот-вот набросится на Алису. Но вдруг она перевела взгляд на Лизу, которая опустила глаза, пряча лицо. Та вспомнила предупреждение Тамары Петровны: молоденьких служанок невеста хозяйки увольняет без раздумий.
На этот раз Лизе повезло — буря обошла её стороной. Она поспешила убраться в спальне Воропаева и Анжелики, пока все отправились завтракать. После того как Алексей Анатольевич уехал по делам, в доме началась обычная рабочая суета.
Садовники, повара, охранники, горничные — все трудились, стараясь не вызвать недовольства у хозяина. Ведь каждый хотел сохранить работу.
После уборки Лиза немного отдохнула, поговорила по телефону с Мариной и Павликом, позвонила сестре и пообещала детям, что вечером заберёт их и они вместе проведут время в доме миллиардера. Павлик был в восторге — мама никогда не позволяла им играть в особняке.
Решив все свои дела, Лиза направилась в кабинет Воропаева. Дверь была приоткрыта, что показалось ей странным — обычно кабинет запирали на ключ. Получив его ранее от начальника охраны, она знала, что после уборки должна будет вернуть ключ обратно.
Девушка остановилась, задумалась, аккуратно прислонила инвентарь к стене и подкралась к двери. То, что она увидела, потрясло её до глубины души.
Анжелика, невеста Алексея Анатольевича, рылась в сейфе. Она достала несколько документов, сфотографировала их, аккуратно положила обратно, закрыла сейф и протёрла его платком. Потом сняла перчатки, спрятала телефон в карман и поправила бумаги на столе.
Всё это Лиза успела заснять на видео и сделать несколько фотографий. Когда женщина закончила, Малинкина схватила свои ведра и тряпки и спряталась за угол, чтобы её не заметили.
Через мгновение Анжелика вышла из кабинета, огляделся по сторонам, заперла дверь на ключ и быстрым шагом направилась прочь. Лиза глубоко вздохнула — опасность миновала. Едва сердце перестало биться в груди, как она осторожно выглянула из-за угла.
Дрожащими руками Малинкина открыла дверь и начала уборку. Когда всё было закончено, она несколько раз пересмотрела записанное видео, проверила качество съёмки и отправила его Науму Яковлевичу. Затем они обменялись несколькими сообщениями, после чего Лиза улыбнулась, попрощалась и уверенно пошла по коридору. Она знала: теперь нужно строго следовать указаниям своего старого учителя.
Как только она рассказала адвокату обо всем, что произошло за время её работы в доме Воропаева, тот тяжело вздохнул:
— Птичка моя, как это получается — ты постоянно оказываешься в самом центре самых скандальных историй?
— Я сама не понимаю, Наум Яковлевич. Не хотела я ни в кого влезать. Просто Тонечка заболела, мне пришлось её подменить. Иначе она могла потерять работу. А невеста хозяина — просто змея! Вы не представляете. Она увольняет всех молоденьких служанок, и если кто-то заболел — сразу «вон из дома». По её мнению, прислуга должна быть безупречной, как робот.
— Воропаев… Алексей Анатольевич? — удивился адвокат.
— Да, именно он. Вы его знаете?
— Более чем. Давно занимаюсь его семейными делами. Его отец, Анатолий Михайлович, был человеком доброй души. Я защищал его интересы ещё в восьмидесятых. Алексей мне хорошо знаком с детства. Так вот ты сейчас в его доме?
— Именно там.
— Слушай внимательно: ничего не предпринимай самостоятельно. Я пока проверю эту Анжелику через свои каналы, а потом решим, что делать дальше. Обещаю — быстро. Сможешь продержаться пару дней?
— Конечно, — улыбнулась Лиза.
Разговор завершился. После работы, когда Воропаев и его невеста улетели в Сочи на выходные, Лиза забрала Марину и Павлика и вместе с Алисой устроили настоящий праздник.
Весь вечер веселились, играли, смеялись. А ночью, когда дети уснули, Лиза заглянула к Алисе, чтобы убедиться, что девочка спит. В комнате стояла тишина — Алиса действительно мирно дремала. Сегодня она была счастлива, как никогда. Малинкина понимала, как плохо ей живётся с отцом и его новой невестой. Но она также знала: главное — внимание, забота и любовь. Именно этого так не хватало девочке.
Елизавета решила для себя, что даже когда эта история закончится, она останется в жизни Алисы. Представляла, как много лет спустя скажет: «Я знаю Алису Алексеевну с самого детства. Я всегда была рядом, когда ей было трудно».
Лиза улыбнулась, но в этот момент столкнулась в коридоре с самим Воропаевым.
— Это опять вы? — удивился он.
— Что вы здесь делаете? — испуганно спросила девушка. Мысли мелькали: в её комнате спят племянники, в гостиной после праздника всё ещё не убрано.
— Я здесь живу, — тихо рассмеялся Воропаев. — А вы, кажется, тоже уже чувствуете себя как дома. Уже второй раз встречаемся в коридоре ночью.
— Извините, — улыбнулась Лиза и шепотом добавила: — Я просто проверяла, спит ли Алиса.
— Ну и как?
— Спит. Впервые так спокойно и без тревог.
— Что вы с ней сделали? Годами мучилась бессонницей.
— Просто стала для неё настоящим другом, — пожала плечами Лиза.
— Послушайте, Лиза, давайте пройдём ко мне в кабинет. Нужно поговорить о дочери. Стоим как на площади, а ночь на дворе.
Они тихо прошли внутрь. Хозяин предложил девушке сесть в мягкое кресло и протянул бокал с напитком.
— Простите за прямоту, но почему вы вернулись раньше времени? Ваша невеста же в Сочи?
— Неприятности в бизнесе. Кое-кто получил информацию, которой не должен был знать. Олег Запорожников — мой старый друг и враг. Думаю, именно он слил данные. Не понимаю, как ему удалось получить проект до объявления тендера.
— Вы считаете, что прислуга вас не поймёт? — слегка обиженно спросила Лиза.
— Нет, что вы! Я так не думаю. Простите меня за эти слова. Кстати, насчёт Анжелики… Мне самому противно, что она увольняет людей без причины. Но скоро она станет хозяйкой дома, и такие решения будут принимать уже не я.
— Тогда почему вы женитесь на ней, если не любите? — покраснев, спросила Лиза, но выдержала долгий взгляд мужчины.
— Дело не в любви. Мне нужна женщина, которая будет выполнять роль хозяйки, супруги Воропаева.
Малинкина распахнула глаза:
— Но это неправильно. Без любви нельзя жить. Любовь — смысл жизни. Любить детей, женщину, Родину — вот истинная цель человека.
— Я не умею любить, — перебил её Воропаев. — Тех, кого я любил, давно нет. А моя бывшая жена, которую я очень любил, ушла к другому. Возможно, я просто неправильно люблю. Даже моя дочь…
— Тогда вам нужен человек, который научит вас любить. Но это точно не Анжелика. Она разрушит вас своей холодностью. Ведь она не любит вас так же, как и вы её.
Воропаев задумался:
— А вы могли бы научить меня любить?
Лиза покраснела и не успела ответить — в этот момент дверь открылась, и в кабинет вошла заспанная Алиса:
— Лиза, я тебя искала! Заходила к тебе в комнату, а тебя нет. — Она подбежала к креслу, села рядом с подругой и обняла её. Через несколько минут девочка крепко уснула.
— Ну вот, снова не поговорили, — улыбнулась Лиза. — Может, расскажете, почему вернулись так внезапно, оставив невесту одну?
— Пока пусть побудет одна. Мне нужно разобраться с делами. Проект, над которым работала вся команда, может провалиться. Конкурент подал моё предложение раньше меня. Не понимаю, как он узнал о нём. Предателей среди сотрудников нет.
Завтра соберу совет директоров, а послезавтра приедет мой адвокат. Придётся закрыть проект, но будем двигаться дальше.
— Вспомните, кто был в курсе дела. Кому это выгодно, — задумчиво сказала Лиза. Она уже знала, кто стоит за этим, но не спешила открывать карты — обещала Науму Яковлевичу.
Утром в воскресенье Лиза вместе с детьми поехала в больницу к сестре. Антонина почти оправилась, и врачи собирались выписать её совсем скоро. Это значило, что работа в доме Воропаевых для Лизы подходила к концу.
Лиза с лёгкой грустью думала о том, что скоро покинет этот дом. Ей не хотелось уходить. Алексей Анатольевич становился для неё всё ближе, интереснее. И она чувствовала, что и он смотрит на неё не просто как на прислугу. Но как могла адвокат, пусть даже перспективная и талантливая, бросить свою практику и продолжать работать горничной?
При мысли об этом Лизе даже стало смешно.
А тем временем Алиса упросила поехать с компанией в больницу к Тоне, а затем все вместе они отправились на пляж. Дочь Воропаева с любопытством разглядывала всё вокруг. Оказывается, никогда в жизни она не ела сладкую вату, не каталась на колесе обозрения и ни разу не купалась в реке.
У девочки с детства были дорогие развлечения, роскошные поездки, путешествия по Европе… но простых радостей — тех, что обычно достаются обычным детям — у неё не было. Она ни разу не прыгала с моста в воду, не играла в фонтанах, не ходила в походы и не жарила картошку у костра.
— Обещаю, этим летом я познакомлю тебя со всеми этими вещами, — пообещала Марина. — А если отец разрешит, будем ездить к Лизе в город даже с ночёвкой!
— Правда? А ты живёшь в городе, Лиза? — удивилась Алиса.
— Конечно, — выпалила Марина и тут же прикусила язык.
— Серьёзно? — расстроенно протянула девочка.
— Да, это правда. Я действительно живу в городе и работаю адвокатом, — призналась Лиза. — Не расстраивайся, подружка. Мы обязательно будем видеться. Я думаю, между мной и твоим папой складываются хорошие отношения. Так что и в гости к нам вы будете приезжать.
Алиса обняла Лизу и, улыбаясь, сказала:
— А давайте вы с папой поженитесь! Представляешь?
Лиза не ответила, только сильно покраснела. Сама идея вдруг перестала казаться ей абсурдной. Хотя совсем недавно она боялась Воропаева как огня.
День прошёл замечательно. Вечером Лиза с племянниками проводила Алису домой и сама вернулась в посёлок. Сегодня был её выходной — первый за долгое время. Завтра снова нужно было возвращаться в особняк Воропаевых.
Утром телефон настойчиво пищал, будильник требовал проснуться, но Лиза снова и снова откладывала его, надеясь хоть чуть-чуть поспать. Усталость накопилась: за неделю она работала больше, чем за весь год, да ещё и ночью проверяла, как спит Алиса.
В результате — опоздание. Лиза спешила, как могла, но всё равно приехала уже после завтрака.
«Если бы я работала здесь постоянно, меня бы давно выгнали. Вылетела бы из любого дома», — думала она, подъезжая ко двору.
На крыльце её уже ждала Алиса:
— Быстрее, я прикрыла тебя. Папа уже спрашивал, где ты. Я сказала, что ты помогаешь на кухне.
— Спасибо, родная, ты мой должник, — торопливо ответила Лиза, пристроила велосипед и пошла внутрь.
Как только она переоделась и вошла в гостиную вместе с Алисой, то увидела двух мужчин — Воропаева и Наума Яковлевича.
— Доброе утро, — растерянно произнесла Лиза.
— Здравствуйте, Лиза. Я вас искал, — улыбнулся хозяин.
— Я была на кухне… чистила, резала… и всё такое, — попыталась объяснить девушка, стараясь не смотреть на адвоката.
— Чистила она, резала, — хмыкнул Гольдман. — Лизавета, ты опять проспала. Говори прямо.
Воропаев удивлённо посмотрел на него.
— Алексей Анатольевич, — начал Наум Яковлевич, — позвольте представить вам моего напарника, ученицу, подругу и одного из лучших адвокатов нашего города — после меня, конечно. Это Елизавета Андреевна Малинкина.
— Простите… а это моя горничная — Лиза… как там её по имени-отчеству? — недоумевал Воропаев.
— Елизавета Андреевна… Малинкина, — скромно ответила девушка, опуская глаза.
Алиса с довольной улыбкой наблюдала за происходящим. Теперь стало ясно — единственным, кто ничего не знал, был сам Воропаев.
— Что происходит? — растерянно улыбнулся мужчина.
— Сейчас объясню, — сказал Наум Яковлевич, проглотив таблетку. — У Лизы отпуск, она временно заменяет заболевшую сестру. Именно она случайно заметила, как Анжелика рылась в сейфе и фотографировала документы. Видео, которое я вам показал, сделала именно Лиза. Получается, пока убирала пыль в вашем кабинете, она убрала и шпионку, которая должна была стать вашей женой.
В этот момент в дом вошла Анжелика. Она катила чемодан на колёсах и явно была в бешенстве:
— Ты оставил меня одну, так и не вернулся, вертолёт не прислал, в аэропорту никто не встретил. Нужно хорошенько подумать, стоит ли мне за тебя выходить замуж, Алексей!
— Разумеется, не стоит, — спокойно ответил Воропаев. — Собери свои вещи и уходи. Пока я не вызвал полицию.
Анжелика ошеломлённо оглядела всех присутствующих:
— Что здесь делает прислуга? Почему она вообще здесь?
Не говоря ни слова, Алексей включил видео и положил телефон на стол рядом с ней. Анжелика всё поняла. Она побледнела, но через секунду начала истерически кричать, что Воропаев бездушный, что его дочь противная, и что однажды он пожалеет о своём решении.
Анжелика уехала, помолвка была расторгнута. Воропаев действительно проиграл тендер, проект пришлось закрыть. Но новые возможности уже маячили на горизонте, и Алексей даже испытывал облегчение — всё произошло именно так, как надо.
Теперь он встречался с лучшим адвокатом города (после Наума Яковлевича, конечно). Елизавета стала не только его любимой женщиной, но и близким другом Алисы.
Кроме того, Лиза убедила Воропаева возобновить отношения между Алисой и её матерью. Алексей сделал всё возможное, чтобы они могли видеться, общаться и проводить вместе столько времени, сколько им захочется.
И вот, в августе, Алиса встретилась с мамой — Вера специально прилетела из Лондона. Девочка давно не была такой счастливой. И всё это благодаря Лизе, которая вскоре собиралась сделать для Алисы ещё один важный подарок — стать её новой мамой.
