Надо Знать

– Вы точно не могли ошибиться? – Оксана крепко сжала телефон, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

– Оксана Николаевна, результаты положительные. Поздравляю, вы беременны, примерно шесть недель.

Она поблагодарила врача и завершила звонок. Мир вокруг замер. Шесть недель. Ровно столько времени прошло с того вечера, когда она вернулась домой раньше и увидела в прихожей чужую сумочку. Сумочку, которую она сама подарила Кире на день рождения.

 

Оксана медленно опустилась на стул у окна. За стеклом падал снег, укрывая город белым покрывалом, стирая все следы. Как бы ей хотелось, чтобы так же легко можно было стереть и тот вечер из памяти.

Телефон снова зазвонил. Юрий. В третий раз за последний час.

– Оксана, ты где? Мы договорились встретиться после работы.

– Извини, задержалась, – она старалась, чтобы голос звучал обычно. – Не жди меня, у меня еще много дел.

– Все в порядке? Ты какая-то странная.

– Все нормально, просто устала.

Положив трубку, Оксана посмотрела на чемодан, который собрала еще утром. Пять лет брака. Пять лет, которые заканчивались прямо сейчас. И новая жизнь, которая начиналась под сердцем.

Пять лет спустя

– Мама, смотри, какая красивая! – четырехлетняя София прижалась носом к витрине магазина игрушек, разглядывая куклу в пышном платье.

– Очень красивая, – улыбнулась Оксана, поправляя дочери шапочку. – Но нам пора, опаздываем.

– Куда мы идем? – девочка неохотно оторвалась от витрины и вложила ладошку в мамину руку.

– К маминой тете Галине. Она нас ждет.

Калининград встретил их морозным январским утром. Пять лет Оксана не была в родном городе, пять лет выстраивала новую жизнь вдали от прошлого. И вот теперь пришлось вернуться – тетя, единственный родной человек, который поддержал ее тогда, попала в больницу.

– Соня, будь аккуратнее, не беги, – Оксана крепче взяла дочь за руку, заходя в просторный вестибюль только что открывшегося делового центра. Им нужно было пересечь здание, чтобы выйти к остановке на другой стороне.

Мраморный пол сверкал, отражая свет люстр. Звучала торжественная музыка, собралось много людей – видимо, церемония открытия.

– Оксана?

Она замерла, услышав знакомый голос за спиной. Голос, который не слышала пять лет, но узнала бы из тысячи. Медленно повернулась.

– Юрий.

Он почти не изменился. Те же внимательные серые глаза, та же легкая седина на висках. Только морщинки у глаз стали глубже.

– Не ожидал тебя здесь увидеть, – он смотрел на нее так, будто перед ним призрак. – Ты… вернулась?

– Проездом, – Оксана почувствовала, как София прижимается к ее ноге. – Ненадолго.

Юрий перевел взгляд на девочку, и Оксана увидела, как изменилось его лицо. Как расширились зрачки. София была его точной копией – те же серые глаза, тот же разрез губ, даже ямочка на щеке при улыбке – точно такая же, как у него.

– А это…

– Моя дочь, – быстро ответила Оксана. – София.

Между ними повисла тяжелая, звенящая тишина.

– Вот ты где! – к ним подошла высокая стройная женщина с каштановыми волосами. – Все тебя ищут. Ой, здравствуйте, – она с интересом посмотрела на Оксану.

– Вера, это Оксана… моя старая знакомая, – Юрий говорил медленно, не отрывая взгляда от Софии. – Оксана, это Вера, моя жена.

– Очень приятно, – Оксана заставила себя улыбнуться. – Нам пора, извините.

– Подожди, – Юрий сделал шаг вперед. – Как с тобой связаться?

– Никак, – она развернулась и быстро пошла к выходу, ведя Софию за руку.

 

В такси девочка прижалась к ней:

– Мама, кто этот дядя?

– Просто знакомый, малыш. Давно не виделись.

Квартира тети Галины оставалась такой же уютной, как и пять лет назад, когда Оксана прилетела сюда из Москвы с маленьким чемоданом и разбитым сердцем.

– Ты совсем не изменилась, – улыбнулась тетя, поглаживая Софию по голове. – А вот эта маленькая леди выросла на моих глазах только по фотографиям. Как ты, Оксаночка?

– Все хорошо, – она помогла тете сесть в кресло. – Не волнуйся, доктор сказал, что ничего страшного, просто нужно соблюдать режим и принимать лекарства.

– Я не об этом, – тетя внимательно посмотрела на нее. – Как ты на самом деле? В порядке ли твое сердце?

Оксана отвела взгляд.

– Тетя Галя, это все в прошлом.

– Ты его видела?

– Уже успела. В новом деловом центре. Представляешь, вероятность встретить кого-то в городе с населением почти полмиллиона, и надо же было столкнуться с ним в первый же день.

– Судьба, – тетя покачала головой. – Он тебя искал, знаешь.

– Что? – Оксана резко повернулась.

– Приходил через месяц после твоего отъезда. Потом еще несколько раз. Я сказала, что не знаю, где ты.

– Спасибо, – Оксана сжала руку тети. – Это было правильно.

– А его мать звонила даже в прошлом году. Ирина Сергеевна всегда тебя любила.

Оксана вздохнула. Свекровь действительно относилась к ней как к дочери. Интересно, знала ли она о том, что случилось между Юрием и Кирой?

– Соня очень на него похожа, – продолжила тетя, глядя на играющую в углу девочку. – Он догадался?

– Думаю, да. Но это ничего не меняет.

Утро встретило Оксану телефонным звонком. Номер был незнакомым.

– Оксана? Это Ирина Сергеевна.

Голос бывшей свекрови заставил ее сердце сжаться.

– Здравствуйте, – она вышла на балкон, чтобы не разбудить Софию.

– Юра сказал, что видел тебя вчера. Я… можно я приеду? Мне нужно с тобой поговорить.

Через час они сидели на кухне. София еще спала.

– Она правда от Юры? – сразу спросила Ирина Сергеевна.

Оксана кивнула.

– Почему ты ничего не сказала? – в голосе свекрови не было упрека, только боль. – Ты лишила его дочери, а нас – внучки.

– Он лишил себя сам, – тихо ответила Оксана. – Когда привел в наш дом мою подругу.

Ирина Сергеевна опустила глаза.

– Я знаю. Он мне все рассказал, когда ты исчезла. Был сам не свой. Но, Оксана… это была всего одна ошибка.

– Которая все изменила.

– Он женился только два года назад. Все искал тебя, надеялся, что ты вернешься. Потом встретил Веру. Она хорошая женщина, но… у них не может быть детей.

Оксана почувствовала, как к горлу подкатывает комок.

– Мне жаль, но это не мои проблемы.

– А как насчет Софии? Ей не нужен отец?

В этот момент в дверях кухни появилась заспанная девочка.

 

– Мама, я проснулась.

Ирина Сергеевна замерла, глядя на внучку широко раскрытыми глазами.

– Сколько ты планируешь пробыть в городе? – спросил Павел, помогая Оксане с распечатками каталога.

Она познакомилась с ним в издательстве, где работала в Калининграде. Когда выяснилось, что ему тоже нужно в ее родной город по делам, они договорились лететь одним рейсом.

– Неделю, максимум две, – ответила она, перебирая бумаги. – Как только тете станет лучше, сразу вернемся.

– Жаль, – он улыбнулся. – Мне показалось, тебе тут хорошо.

– Было хорошо. Но это в прошлом.

Телефон зазвонил. Снова незнакомый номер.

– Оксана, это Юрий. Не клади трубку, пожалуйста.

Она замерла, прикрыв глаза.

– Откуда у тебя мой номер?

– Твоя тетя дала. Прости, что беспокою, но нам нужно поговорить. Это важно.

– Нам не о чем разговаривать.

– София – моя дочь?

Оксана сжала телефон так, что побелели костяшки пальцев.

– Мне нужно знать правду, – продолжил он, не дождавшись ответа. – У меня есть право знать.

– А у меня было право на верность. На доверие. На уважение, – ее голос дрожал. – Но это никого не волновало, правда?

На том конце линии повисла тишина.

– Я был неправ, – наконец произнес он. – И отдал бы все, чтобы изменить прошлое. Но я не могу. Зато могу попытаться исправить будущее. Нашей дочери нужен отец.

– Нам было хорошо без тебя пять лет.

– Прошу тебя. Одна встреча. Только ты и я. Поговорим как взрослые люди.

Кафе было тихим и почти пустым. Оксана выбрала столик в дальнем углу и нервно крутила в руках чашку с остывшим чаем.

– Спасибо, что пришла, – Юрий сел напротив.

– У меня мало времени, – она посмотрела на часы. – София с тетей, но мне скоро нужно возвращаться.

– Не буду ходить вокруг да около, – он положил руки на стол. – Я хочу, чтобы ты разрешила мне видеться с дочерью.

– Зачем? У тебя есть жена, своя жизнь.

– Вера не может иметь детей, – он посмотрел ей прямо в глаза. – Но дело не в этом. София – моя дочь. Я имею право быть частью ее жизни.

– А я имела право знать, что происходит в моем доме, когда меня нет, – Оксана сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Как давно ты видел Киру?

– Не видел пять лет. С того самого дня.

– Неужели? А мне казалось, у вас все было серьезно.

Юрий покачал головой.

– Это была ошибка. Единственная и самая страшная в моей жизни. Корпоратив, слишком много шампанского… Я не ищу оправданий, но не было никаких чувств, никакого продолжения. Кира сама позвонила на следующий день, сказала, что ты все видела и исчезла.

– И ты бросился ее утешать?

– Нет. Я сказал, что никогда не прощу ей, что она разрушила мою семью, и больше мы не общались.

Оксана недоверчиво усмехнулась.

– Забавно, как все поменялось. Теперь ты говоришь об ответственности и семье.

– Я никогда не переставал любить тебя, – тихо сказал он. – И искал все эти годы.

– Но в итоге женился на другой.

– После трех лет поисков я решил, что ты не хочешь быть найденной. Что ты начала новую жизнь… с кем-то другим.

В его словах была горькая правда. Она действительно не хотела быть найденной.

– Я не понимаю, почему ты просто не скажешь ему «нет», – Павел нервно ходил по комнате.

– Все не так просто, – вздохнула Оксана. – Он прав, София имеет право знать своего отца.

– Он предал тебя! С твоей лучшей подругой!

– Я знаю. Но это не отменяет того, что он отец моего ребенка.

Павел остановился перед ней:

– Ты все еще любишь его?

– Нет, – она покачала головой. – Но я не могу принимать решения, основываясь только на своей обиде. София начинает задавать вопросы об отце. Что я скажу ей через пять лет? Через десять?

Телефон прервал их разговор. Звонила Вера, жена Юрия. Оксана в замешательстве ответила.

– Здравствуйте, Оксана. Извините за беспокойство. Нам нужно встретиться, это важно.

– Спасибо, что согласились, – Вера выглядела взволнованной, но решительной. – Я понимаю, насколько это странная ситуация.

Они встретились в небольшом парке, сели на скамейку вдали от прогуливающихся людей.

– Что вы хотели обсудить? – Оксана держалась настороженно.

– Юрий все мне рассказал, – начала Вера. – О вашем прошлом, о том, что произошло, о Софии. Я… я не могу иметь детей. Врожденная патология.

Оксана неловко кивнула, не зная, что сказать.

– Когда мы начали встречаться, Юрий был честен со мной. Рассказал о том, как потерял вас, как искал, как не мог простить себе свою ошибку. Я знала, на что иду, выходя за него. Знала, что части его сердца я никогда не получу.

– К чему вы клоните? – напряженно спросила Оксана.

– Я люблю Юрия, – просто ответила Вера. – И вижу, как он мучается. Он хороший человек, который совершил ужасную ошибку. Но он заслуживает шанса быть отцом для своей дочери.

– Я должна принимать решения, исходя из интересов своего ребенка, а не из желаний Юрия или ваших.

– Конечно, – кивнула Вера. – Я лишь хотела, чтобы вы знали: если вы позволите Юрию видеться с Софией, я поддержу это решение всем сердцем. У девочки будет не только отец, но и… ну, кто-то вроде второй мамы. Если вы позволите, конечно.

Оксана смотрела на эту женщину с удивлением. Она ожидала обвинений, ревности, но не такой открытости.

– Почему вы это делаете?

– Потому что семья – это не только кровные узы. Это выбор, который мы делаем каждый день. Я выбрала Юрия со всем его прошлым. А теперь просто хочу, чтобы в нашей жизни было больше любви, а не меньше.

Следующие дни превратились для Оксаны в настоящий водоворот событий. Юрий официально запросил тест на отцовство – не потому что сомневался, а чтобы зафиксировать свои права юридически. Павел настаивал на скорейшем возвращении в Калининград и намекал на серьезные отношения. Тетя Галина поправлялась и убеждала племянницу, что Софии нужен отец, а ей – прощение в сердце.

А потом появилась Кира.

Оксана столкнулась с ней в супермаркете – бывшая подруга почти не изменилась, только стала более резкой, нервной.

– Значит, правду говорят, что ты вернулась, – Кира смотрела на нее с вызовом. – И ребенка Юрке привезла. Удачно устроилась.

– Мне нечего тебе сказать, – Оксана попыталась обойти ее.

– А я скажу, – Кира схватила ее за руку. – Он всегда был влюблен в меня, с института. А потом появилась ты, такая правильная, удобная. Он женился на тебе, потому что так было положено, но любил всегда меня.

– Отпусти.

– Ты знаешь, почему он не остался со мной после твоего ухода? Потому что я сама его бросила! Он был таким жалким, все время ныл о тебе. Мне это надоело.

Оксана высвободила руку:

– И поэтому ты пришла рассказать мне это сейчас? Прошло пять лет, Кира. Пять лет! Он женат на другой женщине. У тебя своя жизнь. У меня своя. Чего ты хочешь?

– Хочу, чтобы ты знала: он не любит тебя. Никогда не любил. Ему нужен только ребенок.

В тот вечер Оксана долго сидела у кровати спящей Софии, глядя на ее безмятежное лицо, так похожее на отцовское. Все запуталось. Она думала, что сможет приехать, помочь тете и уехать обратно, сохранив свой маленький мир нетронутым. Но прошлое ворвалось в настоящее, требуя решений.

Телефон тихо завибрировал. Павел. «Я хочу, чтобы ты знала: что бы ты ни решила, я буду рядом. Я люблю тебя и Софию. Мы справимся вместе.»

Эти простые слова внезапно прояснили все в ее голове. Правильное решение всегда то, которое идет от сердца, а не от обиды.

– Я собрала вас здесь, потому что мы все связаны одной историей, – Оксана обвела взглядом гостиную тети Галины, где собрались Юрий, Вера, Павел, Ирина Сергеевна и, к удивлению всех, Кира, которую Оксана сама пригласила. – И от наших решений зависит будущее маленькой девочки, которая ни в чем не виновата.

– Где София? – спросил Юрий.

– С соседкой, – ответила Оксана. – Я решила, что нам сначала нужно все обсудить взрослым.

Она повернулась к Кире:

– Начнем с того, что я знаю правду. Юрий не был влюблен в тебя годами. Ты сама пыталась разрушить наш брак, потому что завидовала. И вчера солгала мне, надеясь снова все испортить.

Кира побледнела:

– Ты не можешь этого знать.

– Могу, – Оксана достала телефон и включила запись разговора с бывшей коллегой Киры, которая рассказала, как та годами завидовала счастью подруги и планировала разбить семью.

– Думаю, тебе лучше уйти, – спокойно сказала Оксана. – Нам больше не о чем говорить.

Когда за Кирой закрылась дверь, Оксана продолжила:

– Я долго думала о том, что будет правильным для Софии. И пришла к выводу, что она имеет право знать своего отца. Юрий, – она повернулась к бывшему мужу, – я согласна на совместную опеку. Но при одном условии: я не вернусь в этот город насовсем.

– Но как тогда…

– Мы можем найти компромисс. Летние каникулы, праздники – София будет проводить с тобой. Ты можешь приезжать к нам в Калининград, когда захочешь. Мы составим подробное соглашение.

Юрий медленно кивнул:

– Спасибо. Это гораздо больше, чем я мог надеяться.

– Теперь о нас, – она посмотрела на Павла. – Я принимаю твое предложение. Но давай не будем торопиться. У Софии и так будет много изменений в жизни.

Павел сжал ее руку:

– Я никуда не тороплюсь. У нас впереди вся жизнь.

Ирина Сергеевна утирала слезы:

– Я так счастлива, что у моей внучки теперь будет полная семья. Пусть и необычная.

Вера, сидевшая рядом с Юрием, тихо спросила:

– Когда мы сможем познакомиться с Софией? Официально, я имею в виду.

– Завтра, – улыбнулась Оксана. – Я скажу ей, что ее отец очень хочет с ней познакомиться. И что теперь у нее будет большая и любящая семья.

Через неделю Оксана и София возвращались в Калининград. На перроне их провожали Юрий, Вера, Ирина Сергеевна и Павел, который задержался в городе, чтобы побыть с ними подольше.

– Пока, папа! – София махала рукой из окна поезда. – Скоро увидимся!

Юрий улыбался, не скрывая слез. За четыре дня знакомства с дочерью он влюбился в нее всем сердцем, а она с удивительной легкостью приняла его в свою жизнь.

– Оксана, – он подошел к открытому окну, – спасибо тебе.

– Не за что благодарить. Я сделала то, что должна была сделать пять лет назад.

– Ты поступила так, как считала правильным. И я это понимаю.

Поезд тронулся. София продолжала махать рукой, прижимая к себе новую куклу – подарок от отца.

Оксана откинулась на сиденье и закрыла глаза. Она не знала, что ждет их впереди, но впервые за долгое время чувствовала, что все идет так, как должно. Иногда нужно вернуться назад, чтобы двигаться вперед. Иногда прощение – это подарок не столько тому, кого прощаешь, сколько самому себе.

И иногда правда, какой бы горькой она ни была, – единственный путь к настоящему счастью.

Диаманта готовила на кухне традиционный цыганский десерт: разминала вилкой творог и измельчала орехи. А в уме тем временем держала вопрос: стоит ли принимать приглашение поработать гадалкой на свадьбе новой знакомой Алисы? Ведь деньги никогда лишними не бывают.

Она наконец-то сможет купить ткань для нового платья, о котором так мечтала. Но она не любит большого скопления людей, предпочитая работать с человеком один на один.

 

Несколько дней назад они с подругой, как обычно, пошли на местный рынок, чтобы немного подработать. В таборе были общие правила для всех. И молодым девушкам, у которых был дар, либо которые умели хорошо обманывать граждан, предписывалась работа на рынке.

Диаманта и Рада заводили извечную пластинку:

— Что стоишь грустная? Позолоти ручку, – погадаю на любимого.

Или переключались на противоположный пол:

— Не торопись домой, парень, эй, хочешь, расскажу, какой в жизни тебя ждет сюрприз?

Диаманта умела гадать правдиво, а вот Рада была хорошим психологом – по внешнему виду человеку могла понять, как он поступит в следующий момент. Это она и называла судьбой. Рада могла и в транс ввести, а потом просто снять все украшения.

Жизнь у Диаманты после детства была сложной. Отец не любил ее мать, а девочке пришлось рано начинать работать. Правда, Диаманту брали на промысел в основном в так называемую «массовку», чтобы произвести впечатление на людей. И только потом ее стали воспринимать серьезно.

И вот для молодой цыганки появилась хорошая возможность показать себя. У вокзала стояла бедно одетая девушка, но на шее у нее виднелась золотая цепочка.

Диаманта подбежала к ней и затараторила:

— Чего слезами обливаешься, милая, давай погадаю!

 

— Да парень у меня на границе служит, а я беременна от него, не знаю, жив ли он? Скажешь?

Цыганка погрузилась в транс и увидела, что молодой человек ранен, лежит в какой-то палате на грязной постели и стонет от боли. Вот подошла к нему санитарка и начала обтирать лоб мокрой тряпкой.

— Да… да… вижу, — для большего драматизма начала медлить Диаманта.

— Что ты видишь?! – не унималась девушка.

— Жив твой суженый. Будешь с ним вместе. Езжай в местный госпиталь, где он службу проходил.

А потом стала нашептывать ей на ухо:

— Никому не говори, я буду здесь каждое воскресенье. Приходи. Позолоти ручку.

Девушка долго думала и сняла с себя золотую цепь, будто под гипнозом, а потом протянула молодой цыганке.

— Я приду! Обязательно!

После этого другие цыганки поверили в силу Диаманты, так как та девушка действительно пришла на встречу, да не одна, а с молодым военным с перевязанной ногой.

***

Диаманте всегда во время гадания приходили видения, которые ни в жизни, ни во снах она никогда не видела.

И вот однажды, услышав о ее даре, к ней подошла девушка:

— Ты Диаманта, да? Я наслышана о тебе.

— Да, милая, погадаю?

— Нет, сейчас не нужно. Ты приходи ко мне на свадьбу. Я хочу устроить шоу, чтобы все желающие смогли узнать свою судьбу. Вот номер телефона, — девушка протянула цыганке листок со своим именем и номером сотового, а также датой свадьбы. И быстренько ушла.

— Интересно, — задумалась цыганка.

— Я хорошо заплачу! – крикнула новая знакомая, уходя.

***

Диаманта все же решилась отправиться на свадьбу Алисы, перед этим позвонив ей и предупредив.

— Моя дорогая, рада тебя видеть, — услышала за спиной в день торжества голос Алисы цыганка и вздрогнула.

Перед ней пронеслись видения, смысл которых она пока не понимала.

— Здравствуй, Алиса, спасибо за приглашение, рада буду отпраздновать такое великое событие в твоей жизни!

Приглашенные сразу заметили молодую цыганку. Она была одета в яркое платье красного цвета с воланами. А на голове был золотой платок, дивные черные волосы развивались на ветру. Для большей эффектности прибыла она на коне, которого взяла в таборе.

Диаманте предстояло принимать желающих погадать в небольшом шалаше, который стоял рядом со столами, на улице. Торжество проходило на свежем воздухе. Желающие погадать девушки и женщины выходили из шалаша одурманенными, в диком восторге. Они не понимали, откуда молодая гадалка может знать их прошлое. И как ей удавалось предсказывать будущее.

К Диаманте потянулись даже мужчины. Один парень со светлыми длинными волосами все мечтал о своем бизнесе и решился подойти к ней.

— Да, вижу, что ты хочешь стать успешным. Но ждет тебя совершенно другое.

— Что же? – не мог успокоиться юноша.

— Девушка твоя родит через пять месяцев, скрывает она это от тебя. Не до дел тебе будет.

— Спасибо, красотка! – со счастливой улыбкой вышел из шалаша парень.

Диаманту усадили за торжественный стол. Она была очень голодна. Правда, за какое-то мгновение она ощутила, что на нее кто-то уставился. Но обернувшись, ничего необычного она не заметила. Цыганку даже пытались напоить, но она отказалась. Если бы ее увидел сам барон, он бы не обрадовался, что девушка вернулась домой одурманенной шампанским. Такое не приветствовалось.

Когда Алиса подвела Диаманту к столу, где сидел Антон, ее жених, а также ее свекровь, у цыганки подкосились ноги. Она увидела в пожилой женщине настоящую змею. Видение было коротким, она видела только сущность свекрови, но не ее намерения.

 

Она знала, да и многие цыганки ей с детства рассказывали, что есть такие женщины и среди славян, которые одним только проклятием в спину могли навести на человека порчу, хотя не являлись ни ведьмами, ни гадалками. И в таборе таким женщинам полагалось… плюнуть под ноги.

Что и сделала молодая цыганка.

Приглашенные гости обернулись и внимательно посмотрели в сторону, где стояла свекровь и Диаманта в красивом красном платье. Все подумали, что гадалка просто оскорбила таким образом будущую свекровь Алисы.

Свадьба была испорчена. А сама Диаманта упала в обморок. На помощь подоспел мужчина.

— Я врач, расступитесь! – лишь эхом доносилось в ушах цыганки.

Диаманте снился сон, будто будущая свекровь Алисы пытается отравить невестку. И когда та приходит к ней на ужин, злая женщина подсыпает ей в пищу яд, чтобы та не смогла забеременеть. Ведь у будущей свекрови есть планы. Она хочет отдать своего сына замуж за другую девушку.

— Я пытался привести вас в чувство, но вы глубоко уснули. Вы ели что-нибудь сегодня?

— Нет, я дико голодна.

Врач помог цыганке встать и отвел ее выпить немного чая с тортом. Он дал ей номер своего телефона, сказал лишь, что он потомок цыган, и удалился в толпу, оставив девушку в недоумении.

Очухавшись, цыганка потом подошла к Алисе и прошептала ей на ухо, что свекровь пытается ее отравить, что ей не стоит больше есть у нее дома.

— Что? Настасья Филлиповна? Она хочет меня отравить? Спасибо тебе, драгоценная моя. Я чувствовала, что ты мне пригодишься, поэтому и подошла. Меня последнее время что-то тревожило, а что именно, я понять не могла. Вот и придумала повод, чтобы с тобой встретиться. Держи, вот, — Алиса протянула цыганке большой золотой кулон с сапфиром в центре.

— Спасибо… — еле стоя на ногах, прошептала девушка.

— Это тебе за работу.

***

Диаманте попался жених агрессивный, который поднимал на нее руку. Что интересно, свою судьбу она предсказать не могла. Родила она двух деток, да решила уйти из табора. Надоело снимать золото с местных граждан. Ведь муж все деньги сразу отнимал и тратил на гулянки. Ей ничего не оставалось. Хотела она открыть свой гадальный салон. Поэтому отправилась в большой город… с детьми.

— Держи ее, Олег! Детей я уже держу!

— Сейчас я тебя поймаю! – не унимался мужчина.

О даре молодой цыганки, оказалось, знают даже в большом городе. И на нее открыли охоту уже давно. Она сама, словно шла в руки бандитам. Пыталась девушка сопротивляться. Но все бесполезно. Ее связали и посадили в машину.

— Не будешь на нас работать, детей больше не увидишь, – лишь услышала гадалка.

Цыганке Диаманте не повезло в личной жизни. Родители выдали ее замуж за жениха, о котором она совершенно ничего не знала.

— Суп опять пересолила, чертовка! – кричал на нее супруг в ярости.

— Я всегда вкусно готовлю, лишь тебе не нравится! Об этом знают все в таборе. Ты, Баро, придираешься ко мне. Я же знаю, что ты любишь Зарину, мою подругу, но по воле родителей женился на мне.

— Заткнись, раззява, ты посмела открыть рот на своего мужчину, — в тот день он впервые поднял на нее руку, хотя у них уже был ребенок, мальчик двух лет. Всем казалось, что они счастливы, ведь Баро и Диаманта умели показывать то, чего не было, словно актеры на сцене.

Тогда она сутки проплакала и не знала, что делать дальше. Со временем он не стал относиться к ней лучше, хоть она подарила ему еще одного прекрасного сына.

А деньги от гаданий, которые она приносила с походов на рынок, отбирал, прятал, а потом пропивал с товарищами-славянами. В таборе у него практически не было друзей. Мало какой настоящий цыган может уважать товарища, который поднимает руку на жену.

У Диаманты даже платья не было нового, чтобы пойти на цыганский праздник, ведь деньги уходили на гулянки мужа. Детям она не могла купить нормальные игрушки. Только добрая подружка Зарина приносила ей игрушки, которые остались от старших детей. И Диаманта ей была очень благодарна.

Однажды Зарина подкинула ей идею.

— Раз уж Баро так жесток к тебе, почему бы тебе не уехать из табора и не начать новую жизнь? Например, ты можешь открыть свой гадальный салон в городе.

— Подруга, ты гений! Я уже давно не знаю, что мне делать, ведь боюсь, что он будет также жесток и к моим детям. А я этого очень не хочу, — Диаманта чмокнула подругу в щеку и в тот же вечер собрала вещи.

Утром она спустилась по простыням, связанным в одну веревку, с третьего этажа, чтобы не разбудить никого в доме, ведь жила она в семье мужа.

***

Жизнь в большом городе оказалась сладкой. На деньги, вырученные за украшения и монеты, которые ей оставили в наследство родители, она сняла помещение и сразу же открыла в нем гадальный салон. Обустроила все, как положено, купив специальную атрибутику, статуэтки, свечи, гадальные карты, чтобы произвести впечатление на желающих узнать свою судьбу. Первые заработанные деньги она потратила на то, чтобы одеть детей, купила себе красивое платье.

***

В один из дней она возвращалась по темноте домой из магазина с полными руками, сзади плелись уставшие дети. Она лишь успела обернуться, как ее кто-то попытался схватить.

— Держи ее, Олег! Детей я уже держу!

— Сейчас я тебя поймаю! – не унимался мужчина.

Девушка изо всех сил вырывалась, но ничего не могла поделать с сильным мужчиной, который в нее вцепился. Она услышала крик своего сына, а потом почувствовала какой-то едкий запах и упала в обморок.

Она услышала:

— На нее другие тоже ведут охоту, так как она отменно предсказывает будущее. Мы заставим ее работать на нас и разбогатеем, — сказал один из бандитов.

— Ну что, красотка, пришла в себя? А теперь слушай меня. Не будешь на нас работать, детей больше не увидишь! – сказали Диаманте.

В тот день она нашла в сумке свой сотовый и бумажку с контактными данными, которую дал ей врач на свадьбе, когда приводил ее в себя после обморока. Почему-то все номера в телефоне были стерты, видимо, это сделали ее похитители, чтобы она не смогла позвать на помощь.

— Кало, номер +7……… — набирала в телефоне Диаманта трясущимися руками, пока бандиты отошли покурить.

— Да, я слушаю.

— Кало! Это Диаманта, гадалка с праздника! Мне нужна помощь, меня с детьми похитили, а у меня есть лишь твой номер. Помоги! Я нахожусь около пристани в городе!

— Хорошо, я сделаю все возможное, — быстро сказал мужчина и повесил трубку.

Он принялся быстро натягивать на себя одежду после долгого отдыха. Звонок разбудил его поздней ночью, и он еще плохо соображал, что произошло. Он наспех умылся холодной водой и побежал в машину, позвонив своим приятелям и отцу. Оказалось, что он сын цыганского барона, цыганский потомок.

Подмога пришла быстро. Он с приятелями и отцом взяли оружие и отправились за Диамантой и ее детьми.

Преступников было всего двое, Кало с друзьями и отцом перелезли через высокий забор на участке, подошли тихо к курящим мужчинам в черных костюмах и быстро их нейтрализовали. Издалека послышался крик:

— Кало! Кало! Не могу поверить, что ты пришел, — в слезах бросилась к нему на шею молодая женщина.

— Что ты тут делаешь?

— Я сбежала от мужа-тирана с детьми и освоилась в городе, стала зарабатывать. Потом я узнала, что на меня открыли охоту.

— Бедняжка, — лишь подхватил на руки молодой цыган Диаманту.

— Пошли, Кало, надо уходить, а то их приятели приедут!

***

В тот день Диаманта с молодым цыганом познакомились поближе. Она не знала, как его отблагодарить. И ей пришло видение…

Маленькую девочку-цыганку берет на руки женщина со светлыми волосами. Они уезжают вместе в другой город, прячутся.

Диаманта так и не смогла расшифровать видение, как подошел Кало и обнял ее, а потом пригласил на ужин. Он накрыл шикарный стол, сам приготовил баранину, налил немного вина. Ему нравилась Диаманта, еще тогда, на свадьбе, когда ей стало плохо, он влюбился. Он искал ее, но в таборе так и не смог найти. Поговаривали, что она сбежала.

Проснулись они вместе, крепко обнявшись. Диаманта так и не поняла, что произошло.

***

Через месяц жизни с Кало, она поняла, что беременна. Радости у пары не было предела. Цыган давно мечтал о сыне или дочери, а его отец, цыганский барон, всячески защищал и Диаманту, и ее детей от попыток ее похитить. До рождения ребенка она жила в полной безопасности, сытости и богатстве. Дочку она планировала назвать Мирелой.

Как только пришло время рожать, ее жениха не оказалось дома. Делать нечего: она быстро собрала вещи и отправилась в близлежащую больницу.

Мужчину тем временем поймали преступники, не оставив его в живых.

***

— Ай! Помогите, ради Бога! – кричала цыганка.

— У вас схватки, женщина? – спросила ее санитарка?

— Да! Помогите! Мне очень больно.

Санитарка скрылась в комнате, позвонила в другое отделение. В больницу быстро прибежала из другого отделения акушерка, наспех переоделась и помыла руки, крикнув медсестре:

— Тяжелые роды, приготовьте все необходимое! – прокричала Инна Ивановна, молодая акушерка.

Цыганку уложили на кушетку, и началось самое страшное.

— Я не могу больше!

— Можешь, тужься!

Роды длились долго, Диаманта была совершенно без сил.

— Да на ней лица нет, — прошептала медсестра, ставя капельницу.

— Не знаю, сколько она еще проживет, но мы ничего не можем сделать, — лишь развели руками другие врачи.

***

— Пожалуйста, помогите, прошептала Диаманта и отдала какую-то записку акушерке, которая принимала у нее роды.

Инна Ивановна быстро прочитала записку, по лицу ее потекли слезы. Диаманту оставили силы. Красивая цыганка, хоть и была несчастлива, но оставила после себя троих красивых детей.

Акушерка из записки выяснила, что на цыганку и ее новорожденную дочь Мирелу объявлена охота. Диаманта в письме просила помощи, покровительства для своей дочери. А у молодой акушерки детей как раз не было. И она решила, что это шанс. Шанс помочь ребенку и стать наконец-то матерью.

Она схватила ребенка и побежала пеленать девочку, заскочив перед этим к заведующей:

— Ирина Олеговна! Помогите мне, мне нужно забрать эту девочку.

— Ты понимаешь, что подставляешь меня?

— Никто не узнает, Ирина Олеговна!

— Хорошо! Я оформлю документы, и ты можешь ее забрать.

— Спасибо, буду вам обязана!

***

Инна сообщила мужу о ребенке в тот же день. Он посчитал, что жена совсем потеряла голову, но перечить не стал, забрав их с девочкой из роддома. Чтобы не подвергать жизнь малышки опасности, они решили уехать из страны.

В теплой стране они с ребенком были счастливы.

— Ты не представляешь, Ваня, как мне тяжело все это время было работать акушеркой, не имея своих детей, и принимать роды, видеть людей счастливыми. А теперь и я счастлива!

***

Мирела росла послушной девочкой. До восьми лет она слушалась маму и папу, хорошо училась, а потом… Потом ей стали приходить видения…

Она подходит к шкафу, открывает его и достает из шкатулки какое-то письмо:

«Дочка, меня зовут Диаманта, меня уже нет, но ты знай, я тебя люблю».

Мирела после этого действительно нашла письмо и прочитала его, упав в обморок. Ей снился тяжелый сон, из которого она узнала всю судьбу своей родной матери.

— Дочка! – кричала мать, шлепая ребенка по щекам.

Мирела пришла в себя и начала допрашивать родителей о Диаманте.

— Ты видимо, как и твоя родная мать, обладаешь даром. Понимаешь, дочка, мы усыновили тебя и уехали подальше, так как многие хотят, чтобы твой дар на них работал. Они хотят сделать тебя своей рабыней. А твоя мать просила меня тебя спасти. Вчера я видела каких-то мужчин в черных костюмах у нашего дома. Подозреваю, они нас нашли. Единственный выход – найти твоего деда.

— А кто он? – пытливо смотрела на приемную мать девочка.

— Он цыганский барон, он живет в России. Диаманта даже написала в той записке, где он живет. Мы поедем туда. Он нас защитит.

***

— Кто вы такие? – спросил пожилой седовласый цыган.

— Бахтало! Мы приемные родители вашей внучки. А это сама внучка Мирела. Возьмите эту записку, из нее вы все поймете.

Мужчина взял трясущимися руками письмо, бегло его прочитал и обмяк, сев на землю. Его быстро подняли на ноги.

— Так ты моя внучка! – слезы полились по морщинистому лицу цыганского барона.

— Меня зовут Мирела, а дочка Диаманты.

— С этого дня я буду тебя защищать, — сказал Бахтало.

Бахтало разрешил Инне с мужем также поселиться у себя в доме, ведь они столько лет воспитывали его внучку. И надо бы быть им благодарным. Он нанял охрану для ребенка и велел девочке слушаться маму с папой, а также не отходить далеко от дома. Малышку везде сопровождала охрана.

За всю жизнь Мирелы к ней никто не решился подойти, чтобы похитить. Все знали: Бахтало завещал, чтобы его табор защищал ее. А в случае чего преступников бы настигла страшная месть табора и проклятие самой Диаманты

В классе повисла тишина. Ученики старательно писали контрольную. Альбина Романовна ходила туда-сюда возле доски и наблюдала за ребятами. Неожиданно ее внимание отвлек чей-то стук в дверь. Учительница вышла из класса.

— Эй, Тарасов! Ну что там? Бомжи уже скинулись тебе на фрак к выпускному? – вдруг ехидно крикнул с первого ряда Генка Родькин.

В классе раздался язвительный смех.

— Погоди, нашему Тарасову размерчик не подошел, — хмыкнула Лена Тимохина. Все дико хохотали. Тарасов Вова сидел, потупив обиженный взгляд. Что он мог сказать против такого количества одноклассников? На душе стало неуютно, пусто. Хотелось поскорее сбежать из класса, но он не мог. Альбина Романовна тут же влепила бы ему жирное замечание в дневник. Тогда дома… Дома мама не удержится. Возьмет толстый ремень. Нет, лучше потерпеть эти насмешки. Сейчас все закончится, и он, Тарасов уйдет отсюда. Тем более, скоро каникулы. Значит, все останется позади. Подумав об этом, Вовка принялся дальше строчить контрольную. Хорошо, что у него есть тяга к знаниям, иначе ребята его совсем бы заклевали. Двоечников ведь не особо любят…

Вскоре вернулась Альбина Романовна. В классе снова воцарилась тишина. Дети боялись своего классного руководителя. Учительница строгая. Могла вызвать родителей к директору, снизить оценку по успеваемости, да и, вообще, начать относиться по-другому. Никому из учеников не хотелось попасть в ее «черный список» нелюбимчиков.

Прозвенел звонок. Вова дописал задания и сдал тетрадь на стол преподавателя. Накинув на плечи свой поношенный рюкзак, он вышел за всеми из класса, стараясь не привлекать к себе лишнее внимание. Не очень хотелось попасть под раздачу какого-нибудь Родькина или ему подобных. Таких было немало.

Чем ближе он подходил к дому, тем больше у него подкашивалось в коленях. Сейчас будет другая тревожная картина. Из-за этого Вовка иногда мечтал уехать на край света. Наверное, мама снова нетрезвая. Это происходило часто. Бесконечные веселья дома с какими-нибудь дядями. Оля – мать Вовки часто срывалась на сыне. Особенно, когда выпьет. Могла и ремень в руки взять, если что-то не понравится. Рассказать об этом кому-то было стыдно. Подросток боялся насмешек. Боялся попасть в детский дом. Все равно ему осталось недолго до совершеннолетия. А там он самостоятельно справится. Найдет работу и будет жить отдельно. Так он мечтал. Вовка Тарасов, которого все вокруг готовы были обидеть.

Конечно, если бы паренек не ходил в такой заношенной одежде, никто над ним не смеялся бы. Хорошо, что он научился сам стирать эту одежду. Маме было не до него. Дома вечный бардак и грязь. Ольга не следила за чистотой. Она и сама-то носила какой-то халат, затертый до дыр. Вся лохматая, глаза заплывшие. Появившиеся раньше времени морщины говорили об ее безобразном образе жизни.

Соседи встречали Ольгу и только качали головой. «Непутевая!», — твердили они ей вслед.

Вовка толкнул двери в дом. Из кухни слышались голоса, мужской и женский. Доносились запахи алкоголя и пригоревшей еды. Мать в очередной раз привела какого-то хахаля и пила с ним. До него, до Вовки ей не было никакого дела. А у него ведь скоро выпускной. Мальчику хотелось выглядеть не хуже всех. Как это, одноклассники будут нарядными, а он… Ему даже надеть было нечего. Не было праздничной одежды. Что и говорить, Вове покушать-то почти не перепадало. Все мамкины кавалеры съедали.

Подросток кинул портфель в своей комнате и тихо выскочил из дома. В огороде уже поспевала клубника. Правда, пока она была зеленая. Это не смущало голодного паренька. Хоть что-нибудь кинуть в рот, лишь бы желудок перестал урчать.

— Голодный? – из-за забора появилась соседка баба Надя.

— Здравствуйте! – растерянно поздоровался с ней Вовка.

— Пошли, покормлю, — предложила она. – Пошли, не стесняйся. У меня оладьи с вареньем и со сметаной. Иначе совсем пропадешь. Еще и клубника зеленая. Живот заболит.

Вовка последовал за ней. Было неудобно, но ему очень хотелось есть.

— Я бы твою мать подвесила за одно место! – бранилась пожилая женщина, поставив перед Вовой на стол большую миску с румяной выпечкой. – Ей Богу, пацан изголодался в школе, а она там которого ухажера приводит, поит. Все твои пособия пропивает!

Она возмущалась. Вова молчал. Ему было стыдно за глупую мамашу.

— Ну, наелся? – спросила бабушка, когда паренек доел последний оладушек. Он кивнул.

— Спасибо большое! – искренне поблагодарил он бабу Надю.

— Не за что. Только рада оказать добро. Надеюсь, что тебе этого хватит до вечера. Если что, приходи. Я борща наварю. Будем вместе ужинать, — пробормотала она.

Вова вернулся домой, и его разморило. Он решил немного вздремнуть.

… Они шли по парку аттракционов. Десятилетний Вовка, мама и папа. Такие радостные и беззаботные. Казалось, вся жизнь впереди. Вовка уплетал сливочное мороженое с шоколадом. В другой руке он держал разноцветные воздушные шары. Мама куда-то вдаль показывала и смеялась, разговаривая с отцом. Тот день мальчик запомнил навсегда. Он снова ему снился сегодня.

После развлечений семья отправилась домой.

— Папа, а ты забыл пристегнуться! – сказал мужчине ребенок, сидя в салоне его авто.

— Да брось, — улыбнулся отец Вовке, посмотрев в зеркало. – Тут всего-то пару кварталов проехать.

Не доехав до дома, машина столкнулась с грузовиком. Отец успел повернуть автомобиль, но сам не спасся. В живых остались лишь мама и Вовка.

Мать потом долго плакала. Не могла прийти в себя. Раньше она никогда не пила. После кончины папы женщина взяла рюмку в руки. С тех пор так и пила. Гасила боль утраты. Правда, в то время Ольга могла справляться с работой, воспитывать ребенка, а сейчас она совсем не понимала, для чего и для кого живет на этом свете. Так, жила одним днем. Сделала несчастным Вовку. Мальчик никогда не думал, что жизнь бывает так жестока…

Его разбудили крики. Чей-то мужской голос орал песни. Видимо, мужик совсем опьянел. Мать тоже кричала, но не сильно.

Вова вспомнил про уроки и принялся их учить. Завтра другая контрольная. Надо подготовиться. За окном уже почти стояло лето. Было тепло и хорошо. Весь день солнышко. На небе – ни единого облачка. В такие дни ребята неподалеку гоняли в футбол. Иногда Вовка к ним присоединялся. Сегодня ему тоже захотелось поиграть с подростками. Не сидеть же весь день в доме и слушать песни нетрезвых людей.

Выучив уроки, Вовка потихоньку прокрался к выходу и ушел гулять. Хорошо, что его никто не заметил. Иначе точно бы послали в магазин за очередной бутылкой беленькой.

Игра продолжалась недолго. Если бы Вовка пришел раньше, то они еще бы поиграли. Дети разошлись. Вспомнив про предложенный борщ, Вова направился к бабе Наде.

Бабушка его любила. Мальчик добрый. Иногда помогал ей на грядках и по дому. Вот и кормила в знак благодарности, да и просто жалела его. Однажды баба Надя хотела заявить в органы опеки, но передумала. Как там сложится судьба Вовки? Тут ему осталось недолго расти. Ничего, баба Надя его прокормит, а там видно будет. Он ей – словно внук родной. Ее-то дети далеко живут. Редко приезжают.

— Спасибо! Борщ вкусный, — глаза парня сияли.

— Вот и хорошо, что вкусный, — ответила бабуля. – А я вот, что придумала. Ты ведь в деньгах нуждаешься, правильно?

— Чего Вы там придумали? – хмыкнул Вова.

— Не я придумала. У нас недалеко автомойка открылась. Я того хозяина знаю. Про тебя ему сказала. Ты бы пошел, да подработал. Выпускной ведь скоро. А у тебя и одежи-то нет никакой, — рассказала баба Надя.

Парень обрадовался. В их небольшом городке трудно было найти работу.

— Вы меня удивили! – воскликнул он.

— Сходи туда завтра пораньше. Перед школой. А после школы поработаешь. Думаю, все у тебя будет хорошо, — заверила пожилая женщина.

Вова еле дождался звонка с последнего урока. Одноклассники снова обсуждали выпускной. Снова смеялись над ним, над Вовкой. Выставляли его нищебродом и простачком. Это было низко с их стороны, а подростку – обидно. Лишь одна из девочек, Злата защищала его. Он ей давно нравился. А, может, просто жалела паренька.

После окончания уроков Вова отправился на автомойку.

— Ты – Тарасов? – сказал начальник.

— Да, — кивнул подросток.

— Тогда можешь прямо сейчас приступать к обязанностям. Вон весь инвентарь. Думаю, машины ты умеешь мыть.

— Да, приходилось. У отца автомобиль был.

С работой у него действительно все получилось. Клиенты благодарили его. Кто-то оставлял чаевые. Теперь Вова не будет голодным. Еще и бабу Надю покормит…

Едва он вошел в дом, как тут же перед ним появилась мать.

— Откуда это ты? – ахнула она и посмотрела на пакет в руках сына. – А ну-ка, дай гляну, что ты принес.

— Это не тебе! – сердито сказал ей Вовка.

— А кому же еще? – усмехнулась она. – Эй, Костик! Иди сюда!

Вовка с тоской посмотрел на то, как мать с хахалем забрали у него купленные в местном магазине продукты. Если он станет отбирать их, то получит по полной. А Вовке не очень хотелось потом ходить в синяках. Почесав затылок, он отправился к бабе Наде.

— Какая гадина! – возмутилась бабушка. – Ребенок пахал-пахал весь день, а эта змея все отобрала. Ничего. Будешь теперь ученым. В следующий раз продукты можешь у меня оставить. Я не трону и никому не отдам.

Вова не мог сдержать слез, рассказывая свою печальную историю. Как же ему было обидно…

Шло время. Закончились экзамены. Приближался день выпускного школьного бала. Вова заработал неплохую сумму. Он понравился начальнику своей ответственностью. Тот отпускал паренька, когда ему было нужно. Шел подростку на уступки.

В тот день Вова собирался пораньше домой. Надо было успеть помочь бабе Наде.

— Вов, там на «Джипе» мужик подъехал. Слушай, ты помой ему машину, а? Иначе проблемы у нас будут. А Витька – твой напарник еще не пришел, — попросил его босс.

Вова вернулся на рабочее место. Пока мужчина в сером пиджаке беседовал с кем-то по телефону, паренек быстро привел в порядок его дорогую технику.

— Вот молодец! – похвалил Вовку хозяин машины. – Даже не думал, что ты так быстро справишься.

Он похлопал мойщика по плечу и дал ему пару купюр.

— Это тебе за скорость! – поблагодарил он его.

— Погоди, — вдруг остановился он. – Кажется, я знаю тебя. Ты – сын Тарасова Андрюхи, правильно?

Подросток кивнул.

— Значит, Андрея… Слушай, а хочешь прокатиться со мной? Я как раз поужинать хотел. Никак не могу не взять тебя с собой, — продолжил он.

— Я не могу… Бабе Наде обещал помочь! – отказался от его предложения Вова.

— Брось! Бабу Надю я знаю. Мы ей позже вместе поможем, — настаивал мужчина. Его звали Эдиком. Когда-то он дружил с отцом Вовки. Сейчас бы, наверное, они были партнерами. Хотели совместный бизнес открыть. Если бы папа Вовы не ушел из жизни…

В ресторане, где ужинали Эдуард и Вова, тихо играла музыка. Официант тут же принес меню и принял заказ. Вова еще никогда в жизни не был в ресторане. Паренек то и дело осматривался. Все ему здесь казалось необычным.

— Думаешь, я не знаю, как ты сейчас живешь? – вздохнул дядя Эдик. – Недавно заехал в ваш городишко, так сразу рассказали. Может, сменишь работу? Ты же все равно школу закончил.

— Нет, мне еще выучиться надо, — ответил ему подросток.

— У меня и выучишься. Я помогу тебе. Только обещай, что не будешь отлынивать, — продолжил говорить мужчина.

Его предложение понравилось Вовке. Работать у дяди Эдика было бы гораздо интереснее, чем на автомойке. Да и зарплата побольше.

Вовка поздно вернулся домой. Бабе Наде помог на следующий день. Узнав про друга отца паренька, пожилая женщина обрадовалась.

— Неужели Бог смилостивился над тобой?! – проговорила она. – Вот радость какая! Только мамане своей ничего не рассказывай.

Вовка кивнул. Зачем ей такое рассказывать? Ольга итак каждый день караулит сына, а тот ей пару сотен дает. Лишь бы только отстала. Вечно пьяная ходит, не просыхает. Ей все равно, как Вовка учебу окончил. Хоть бы спросила, что и как. Нет, ей только выпить надо. Женщине не было дела до того, что сына обижают. Если бы она бросила свои плохие привычки, то, наверняка бы, у Вовки появились и новый костюм, и модные кроссовки, и нормальный рюкзак. Порой у мальчика не было даже тетради с ручкой. Приходилось просить у учительницы. А учительница – та еще фифа. Могла и высмеять Вовку за глаза, пока он не слышит. Просто Альбине Романовне не нравилось, как он одевается. Преподаватель как-то приходила к маме Тарасова. Та была трезвая, как стеклышко. Правда, беспорядок в доме не успела убрать. Учительница на это не обратила никакого внимания. Главное, Ольга в себе и могла спокойно говорить. Альбина Романовна поверила Ольге. Та призналась, что пока сидит без работы, вот и не может купить необходимые вещи своему сыну. Учительница ей поверила. Если бы Альбина Романовна вникнула в происходящее с ее учеником, то его бы точно отправили в детский дом.

На выпускном собрались все одноклассники. Классная руководительница тоже пришла.

Кто-то язвительно крикнул:

— А где это наш Ален Делон?

— Тарасов что ли? Так он еще в очереди стоит. Выбирает бомжацкий прикид для бала! – съехидничала одна из одноклассниц.

Все громко засмеялись. Кроме Златы. Она стояла и смотрела куда-то в сторону, разинув рот. Из «Джипа» вышел одетый в голубой костюм с отливом Вова! Школьники поймали ее взгляд и тоже взглянули на необычную картину.

— Это Тарасов что ли? – крикнул Генка.

— Не может быть…, — протянула Лена.

— Клево! – подхватил Степанов.

Альбина Романовна ахнула, увидев Вову. Таким симпатичным она его еще не видела. Прическу он сделал в салоне.

— Ты как с картинки! – произнесла она, когда он приблизился к своему классу.

Злата подошла к Вове первой, и он взял ее под руку. Девушка тоже выглядела красиво в своем бежевом платье с розовыми рюшами.

Самый красивый школьный вальс был у этой пары. Девчонки то и дело кидали взгляды в сторону Тарасова. Он не обращал на них никакого внимания. У него была Злата. Эту девушку Вова любил с самого начала их школьного пути. Только боялся ей признаться. Потому что у него не было денег. Потому что он из бедной семьи. Кто посмотрит на него такого? Но теперь все обстояло иначе.

После выпускного Вова проводил Злату до самого дома. И даже поцеловал на прощание. Впервые признался, что любит. Она будто ждала этих слов.

В тот вечер Вова пришел домой очень уставшим. Едва он переступил порог, как тут же обратил внимание на то, чего давно не видел. Весь дом сиял чистотой. Нигде не было ни пылинки. На кухне кто-то перемыл всю посуду, пол. А как же вкусно пахло! Вова заглянул в кастрюлю и увидел суп. Он взял ложку и размешал содержимое. Там плавали и картошка, и кусочки мясного фарша, и зелень. Паренек недоумевал. Кому понадобилось приводить дом в порядок и готовить еду?

В дверном проеме маминой спальни появилась она, мама.

— Прости меня, сынок, — произнесла она, приблизившись. – Я так перед тобой виновата. Хотела устроить тебе хоть какой-то праздник.

Он обнял мать и сказал:

— Спасибо, мам. Если бы ты только знала, как я мечтал о таком…

— Теперь так будет всегда! – уверенным тоном пообещала Ольга.

Она и впрямь бросила вести свой непутевый образ жизни. Устроилась на работу. В доме стали появляться всякие нужные вещи. В холодильнике всегда находилась еда. Оля любила готовить. Даже Вове она купила подарок — электрическую бритву. Сын обрадовался. Конечно, он мечтал о том, что мама возьмется за голову. Теперь он благодарил Вселенную за это.

Ольга даже похорошела со временем. Начала прилично одеваться.

Однажды они с Володей сидели в зале и смотрели интересный фильм по телевизору. Вдруг кто-то негромко постучал в двери.

— Я открою, — сказала мать и побежала к выходу.

Толкнув двери, она встретилась взглядом с незнакомым мужчиной. Но, приглядевшись повнимательнее, она вспомнила, где его видела.

— Эдик, это ты? – отпрянула женщина.

— Я, — улыбнулся он. – Приехал к Володьке. Он говорил, что сможет карбюратор посмотреть.

— Да-да, конечно! Проходи, — пригласила его она.

Они вошли в зал. Вова вскочил с места.

— Ой, не знал, что Вы так рано приедете, — проговорил парень.

— А я сейчас чайку заварю, — засуетилась Ольга.

Через несколько минут они втроем сидели на кухне и ели бутерброды с вкусным ароматным чаем.

— Даже не думал, что ты так и живешь одна, — произнес гость.

Вова заметил, как мать и дядя Эдик встретились взглядами. Паренек вспомнил, что хотел что-то сделать сейчас во дворе, и тут же ушел, оставив мать и своего начальника наедине.

Они долго беседовали, вспоминая былое. Потом Эдик неожиданно взял ее руку и предложил:

— Можно мне взять тебя завтра поужинать?

Она часто захлопала ресницами.

— Я хотела бы, — согласилась Ольга.

Прошло пять с половиной лет. Бывшие одноклассники Володи давно жили каждый своей жизнью.

Вова давно вернулся из армии и трудился у Эдуарда в его фирме. Ему удалось получить образование благодаря этому доброму человеку. А еще у парня теперь была младшая сестра, Соня. Сейчас он шел с работы и думал о своей жене.

— Злата! – крикнул он с порога, войдя в дом. Супруга подбежала к нему и обвила его шею руками. Следом за ней к Вове кинулась Соня.

— А мама где? – спросил он у малышки.

— Мама уехала с папой, — пролепетала она. – Дома только бабушка Надя.

— Ах ты, егоза, — подхватив Соню на руки, произнес молодой человек, а потом обратился к жене:

— А как поживает моя королева? Сегодня снова токсикоз мучил?

— Нет, сегодня все хорошо, — улыбнулась она.

Вова притронулся к ее животу рукой:

— Эй, футболист или футболистка! Ты там давай прекращай маму терзать!

— Он не футболист, — прощебетала Соня. – Это она – Маша. Нашу девочку будут звать Маша, как мою куклу.

Кроха прижала к себе куклу, и все весело рассмеялись.

Баба Надя долго еще жила с ними. До конца дней она была в ясном уме и памяти. Не каждый так доживет до 92-х лет. Старушку любили за ее доброту и готовность поддержать. А она радовалась, что у Вовки все наконец сложилось.