Надо Знать

— Что, Катенька, всё копейки считаешь от зарплаты до зарплаты? — Олег наклонился ко мне через стол, обдав запахом крепкого алкоголя и дорогого парфюма. — Как была серой мышью, так и осталась. Нищебродка.

Он произнес это последнее слово тихо, сквозь зубы, чтобы услышала только я. В ресторане громко играла музыка, наши бывшие одноклассники смеялись, звенели бокалами, отмечая двадцать лет со дня выпуска. Никто не обращал внимания на то, что происходит на нашем краю длинного стола.

 

Я спокойно посмотрела в лицо мужчине, с которым когда-то прожила пять трудных лет. Олег заметно поправился, на лице появилась надменная сытость, а на запястье блестели массивные часы. Он всеми силами пытался показать, что стал хозяином жизни.

— Ты зря пытаешься меня задеть, Олег, — ровным голосом ответила я, отодвигая от себя недопитый бокал с минеральной водой. — Мы давно чужие люди. Оставь свои оценки при себе.

— Да какие оценки, я факты констатирую! — он откинулся на спинку стула и громко, чтобы теперь услышали соседи по столу, продолжил. — Смотрю на тебя и жалею. Платьице простенькое, украшений нет. А ведь я говорил тебе: держись за меня, дура, будешь в золоте купаться! Но ты же у нас гордая.

Сидящая рядом Света, главная сплетница нашего класса, тут же навострила уши и пододвинулась ближе.

— Ой, Олег, а ты прямо так поднялся? — заискивающе спросила она, преданно глядя ему в рот.

— А то! Свой бизнес, торговля стройматериалами. Полгода назад вот ласточку новую взял, прямо из салона, — Олег с довольной ухмылкой вытащил из кармана пиджака увесистый черный брелок и небрежно бросил его на скатерть. — Черный седан, полная комплектация. Кожаный салон, все дела. Стоит как три квартиры в нашем родном районе.

Света восторженно ахнула. Еще пара одноклассников с уважением посмотрели на блестящий брелок с логотипом известной марки. Олег купался в их внимании. Ему было жизненно необходимо это восхищение. И еще больше ему было нужно унизить меня на фоне своего мнимого успеха.

 

Когда-то давно он ушел от меня, забрав все наши общие накопления. Сказал, что я тяну его на дно, что со мной он никогда не станет успешным. Я осталась в пустой съемной квартире с кучей неоплаченных счетов и полным отчаянием в душе. Я плакала ночами, а днем работала на износ. Брала дополнительные смены, училась, получала второе образование.

Олег не знал, что мое «простенькое» платье стоит больше, чем его кричащий пиджак. Он не знал, что я давно уже не рядовой сотрудник отдела по работе с клиентами. И главное, он понятия не имел, чем именно я сейчас занимаюсь.

— А ты, Кать, так и сидишь в своем банке на телефоне? — с издевкой спросил Олег, крутя брелок пальцем. — Кредиты пенсионерам впариваешь?

— Я работаю в банке, да, — спокойно ответила я, не вдаваясь в подробности.

— Ну-ну. Стабильность — признак ограниченности, — философски изрек он и громко подозвал официанта. — Счет, пожалуйста! Я угощаю весь стол!

Под радостные крики одноклассников я незаметно достала телефон и отправила одно короткое сообщение. Находиться здесь мне больше не хотелось. Я пришла сюда из ностальгии, хотела увидеть школьных подруг, но вечер превратился в театр одного актера.

— Извините, ребята, мне пора, — я встала из-за стола, аккуратно поправив подол платья. — Завтра рано вставать, много дел.

— Что, автобус последний уходит? — Олег не унимался. Он поднялся следом за мной. Ему не хватало зрителей, он хотел довести свое шоу до конца. — Пойдемте все на улицу, перекурим! Заодно Катю проводим.

Толпа изрядно выпивших одноклассников потянулась к выходу. Мы спустились в гардероб. Я надела свое легкое кашемировое пальто. Олег стоял рядом, накидывая куртку, и продолжал сыпать колкостями.

— Честно, Кать, мне тебя даже жаль, — говорил он с наигранным сочувствием, пока мы шли к дверям ресторана. — Вся молодость прошла за перекладыванием бумажек. Ни мужа, ни денег, ни нормальной машины. Хочешь, я тебе такси вызову? Эконом-класс, естественно. За мой счет. Гулять так гулять!

Света противно хихикнула у него за спиной.

Мы вышли на широкое крыльцо ресторана. Вечерний воздух был прохладным и свежим. Улица была ярко освещена фонарями. Олег продолжал крутить в руках свой блестящий брелок, посматривая на парковку в ожидании реакции зрителей.

В этот момент из-за угла плавно выехал огромный, блестящий черным лаком автомобиль. Машина двигалась совершенно бесшумно. Тяжелый седан представительского класса мягко затормозил прямо напротив крыльца ресторана. Свет фар выхватил из темноты фигуру Олега, заставив его прищуриться.

Дверь водителя открылась. Из машины вышел высокий мужчина в строгом темном костюме. Он обошел автомобиль, подошел к задней пассажирской двери и учтиво распахнул ее.

— Добрый вечер, Екатерина Павловна, — четко произнес водитель.

Разговоры на крыльце мгновенно смолкли. Света замерла с открытым ртом. Остальные одноклассники во все глаза смотрели на шикарную машину и водителя.

Самоуверенная улыбка медленно сползла с лица Олега. Он уставился на автомобиль, и в его глазах начало появляться странное, дерганое выражение. Он сглотнул, перевел взгляд на меня, потом снова на машину.

 

— Что, на такси премиум-класса раскошелилась? — хрипло бросил он, пытаясь сохранить лицо, но голос его предательски дрогнул. — Решила пустить нам пыль в глаза? Да ты же за эту поездку всю зарплату отдашь! Месяц на макаронах сидеть будешь.

Я остановилась у открытой двери автомобиля. Повернулась к Олегу. Внутри меня не было ни злости, ни желания кричать. Только абсолютное, кристальное спокойствие и легкое чувство справедливости.

— Вообще-то, Олег, это не такси, — мой голос звучал ровно, но в тишине улицы каждое слово разносилось очень четко. — Это моя служебная машина.

Я сделала паузу, наслаждаясь тем, как меняется его лицо.

— И самое интересное, — продолжила я, глядя прямо ему в глаза, — что забрала я ее у тебя сегодня утром.

Лицо Олега стало мертвенно-белым. Его рот приоткрылся, он попытался что-то сказать, но из горла вырвался только невнятный сип. Он судорожно сжал в руке брелок, словно тот мог его спасти.

— Какую чушь ты несешь? — наконец выдавил он, оглядываясь на одноклассников. — Это моя машина! Я ее купил!

— Ты взял ее в кредит в нашем банке, Олег, — жестко отчеканила я. — И не платил по счетам последние четыре месяца. Ты игнорировал звонки, письма, скрывался от сотрудников. Думал, что можно просто кататься и ничего не отдавать?

— Ты… ты просто клерк! — его голос сорвался на визг, он терял остатки самообладания. — Ты ничего не решаешь!

— Я руковожу департаментом по взысканию корпоративных долгов, — я позволила себе легкую, холодную улыбку. — Вчера лично подписала приказ о конфискации твоего залогового имущества. Мои сотрудники забрали этот автомобиль с парковки твоего офиса сегодня в девять утра. Твоя секретарша любезно отдала им второй комплект ключей. Так что эта игрушка в твоей руке теперь просто кусок пластика.

Олег инстинктивно нажал на кнопку брелка. Один раз, второй. На парковке было тихо. Машина, стоящая передо мной, никак не отреагировала. Автомобиль больше не принадлежал ему.

Одноклассники на крыльце начали перешептываться. Света бочком отодвинулась от Олега подальше, словно боясь заразиться его неудачами. Бывший муж стоял красный, потный, тяжело дыша, хватая ртом воздух. От его былого величия не осталось и следа. Сейчас он выглядел жалким вруном, которого поймали с поличным.

— Вот что бывает, когда пытаешься жить не по средствам и считаешь себя умнее других, — добавила я, глядя на его растерянное лицо. — Советую завтра же приехать в отделение и начать оформлять бумаги по долгам за твой так называемый бизнес. Там тоже все очень плохо.

 

Я отвернулась от него. Кивнула застывшим в шоке одноклассникам.

— Всем хорошего вечера. Рада была повидаться.

Я грациозно опустилась на кожаное сиденье. Водитель мягко захлопнул за мной дверь, сел за руль, и тяжелый седан плавно тронулся с места, увозя меня прочь от ресторана. Сквозь тонированное стекло я видела, как Олег остался стоять на крыльце, беспомощно сжимая в руке бесполезный брелок под насмешливыми взглядами людей.

На следующее утро я проснулась в своей просторной, светлой квартире на высоком этаже. Солнечные лучи заливали кухню. Я приготовила себе завтрак, вышла на балкон и посмотрела на просыпающийся город. Внутри было удивительно легко и свободно. Вчерашняя встреча не оставила тяжелого осадка. Наоборот, она закрыла последнюю дверь в мое прошлое. Я больше не чувствовала ни обиды, ни боли за те годы, что потратила на этого человека. Я просто перешагнула через этот этап. Впереди меня ждал новый рабочий день, новые задачи и моя собственная, честно построенная жизнь, в которой больше нет места чужому вранью и унижениям.

 

— Три минуты — убеди меня не разводиться! — Олег театрально откинулся на спинку стула и бросил смартфон на центр кухонного стола.

Анна неторопливо вытерла руки вафельным полотенцем. На ярком экране угрожающе замерли красные цифры таймера.

— Время пошло, Аня. Давай, расскажи мне, ради чего я должен оставаться в этом браке. Уюта нормального нет, ужин опять испортила. Мясо пересушила, жую, как старую подошву.

 

Двадцать лет он играл в эту игру. Чуть что шло не по его сценарию — от невыглаженной рубашки до её желания купить себе новое пальто — муж доставал свой главный аргумент. Шантаж разводом был его любимым инструментом управления. Раньше Анна пугалась. Начинала суетиться, предлагала быстро поджарить яичницу, заглядывала в глаза, обещая всё исправить и стать лучше.

Олег обожал такие моменты. Он чувствовал себя хозяином положения, строгим, но справедливым судьей.

Но сегодня вечером воздух на кухне словно стал плотнее. Анна не бросилась к плите. Она просто стояла возле раковины и смотрела на сидящего за столом мужчину.

— Ты оглохла? — раздраженно бросил он, заметив её спокойствие. — Минута уже прошла. Я завтра же съезжаю. Оставлю тебе эту двушку, живи тут одна, а сам начну новую жизнь. Найду ту, которая хотя бы готовить умеет. Давай, скажи, что всё поняла, пока я добрый.

Он упивался своей властью. В его картине мира жена в свои сорок восемь лет никому не нужна. Куда она пойдет без него? Кто будет оплачивать половину коммунальных счетов и возить её на дачу по выходным?

Анна смотрела на стремительно тающие секунды. Две минуты. Одно мгновение — и словно спала пелена. Она увидела перед собой не грозного мужчину, от решения которого зависит её судьба, а просто стареющего, самодовольного человека в растянутой домашней футболке. Человека, который годами питался её страхом одиночества. И внезапно пришло понимание: ей больше абсолютно не страшно. Боль, копившаяся десятилетиями, куда-то улетучилась, оставив место исключительно холодному рассудку.

— Мне не нужны три минуты, — ровным, совершенно чужим голосом произнесла она. — Мне хватит тридцати секунд.

Олег довольно усмехнулся:

— Ну давай. Удиви меня.

Анна развернулась и вышла в коридор. Через пару мгновений она вернулась, держа в руках обычную пластиковую папку синего цвета. Положила её прямо перед мужем, отодвинув в сторону тарелку с недоеденным ужином.

— Открывай.

Олег нахмурился, веселье с его лица начало медленно пропадать. Он потянул за пластиковую застежку. Достал несколько распечатанных листов с печатями. Глаза забегали по строчкам: «Исковое заявление о расторжении брака», «О разделе совместно нажитого имущества»…

— Я не собираюсь тебя ни в чем убеждать, — уверенно сказала Анна. — Давай разведемся. Прямо сейчас. Я всё подготовила ещё весной. Просто ждала, когда у меня окончательно пропадет к тебе хотя бы капля сочувствия. Сегодня это случилось.

Муж сидел с открытым ртом.

— Какие бумаги? Какой раздел имущества? — выдавил он, отбрасывая листы. — Ты в своем уме? Да ты без меня пропадешь на свою копеечную зарплату!

— Я получила повышение ещё в октябре. Просто не стала говорить, потому что ты бы заставил меня откладывать эти деньги на твою новую машину.

Олег попытался улыбнуться, но вышло нелепо и жалко. До него стало доходить, что перед ним стоит совершенно другой человек. Не та пугливая и удобная женщина, которую он вылепил за эти годы.

— Ну и ладно! — вдруг взвился он, пытаясь сохранить лицо и повышая голос. — Разводимся! Квартиру продадим, деньги пополам! Посмотрю, какую халупу ты купишь на эти копейки.

Вот тут Анна едва заметно улыбнулась.

 

— Какую квартиру, Олег? — мягко спросила она. — Эту? Ты забыл, что мы живем в квартире, которую мне подарила бабушка за год до нашей свадьбы? По закону подаренное имущество разделу не подлежит. Это только моё жильё, ты здесь просто прописан, и юрист уже подготовил требование о выписке.

Олег заморгал. Он переводил взгляд с синей папки на жену.

— А вот машина, которую мы купили в кредит в прошлом году, — продолжила Анна, — оформлена в браке. Но поскольку кредит брал ты, я великодушно отказываюсь от претензий на автомобиль. Выплачивай сам, он полностью твой.

— Подожди… — голос мужа потерял всякую уверенность, сменившись растерянностью. — А я куда пойду на ночь глядя?

На столе раздался резкий, пронзительный писк. Таймер. Три минуты истекли.

Анна кивнула в сторону коридора.

 

— Твои вещи уже собраны. Три спортивные сумки стоят у входной двери. Я сложила их, пока ты смотрел футбол в комнате. И да, я полчаса назад позвонила твоей маме. Обрадовала её, что любимый сын возвращается в свою детскую комнату. Она уже застелила диван и ждет тебя.

Звук таймера разрывал пространство кухни. Олег сидел, глядя на экран смартфона, но пальцы не слушались, чтобы нажать кнопку отмены. Всё вокруг рухнуло. Не таймер остановился. Остановилась его комфортная жизнь.

Анна подошла к плите, включила конфорку и поставила греться чайник. Впереди была целая жизнь, в которой больше никто и никогда не будет ставить её на счетчик.

Костя с отвращением звонил бывшей жене, с которой развелся три месяца назад.

За спиной он не упускал возможности поливать ее грязью. Оксана была в курсе. По крайне мере, слышала это от общих знакомых. Однако была нисколько не удивлена.

— Оксан, да как он смеет такое про тебя говорить? Пора поставить на место этого выскочку — возмущалась ее подруга Олеся.

— Мне все равно. Пусть говорит, что хочет.

 

— Но ведь он утверждает, что вы из-за тебя развелись. Якобы ты ему изменила.

В ответ Оксана лишь громко рассмеялась. Ведь по сути все было в точности наоборот. Это она поймала мужа на измене и тут же выставила из собственной квартиры.

Правда, разводили их долго, так как у них есть несовершеннолетняя дочь. В итоге развели.

Первое время было особенно тяжело. Алименты он платил копеечные, так как зарплата его оставляла желать лучшего. А вот понтов было выше крыши.

Полгода назад.

— Да ты пропадешь без меня, дура!

— Пошел вон!

— На что ты собралась дочь содержать, идиотка? — смеялся ей в лицо муж, параллельно собирая свои вещи.

— Не пропадем. Проваливай из моей квартиры сейчас же.

— Да я отсужу у тебя дочь. Докажу, что ты не в состоянии ее содержать и психованная истеричка.

— Не мечтай.

Костя целенаправленно пытался вывести ее на эмоции, но Оксана стойко держалась. Как только дверь захлопнулась, она дала волю эмоциям.

“Я знала, что однажды это случится. Я чувствовала” — думала она, запивая горе бокалом вина.

Хорошо хоть дочь в этот день осталась у матери.

Костя долгое время работал преподавателем в университете. Причем многие мужчины работают преподами и все бы ничего. Но Костя был падок на женщин.

Особенно на молоденьких третьекурсник.

Как он любил говорить своим друзьям:

“Жена со временем стареет, а третьекурсницы — никогда”.

Так и случилось, что Оксана застукала его со студенткой в своей же собственной квартире. Не передать насколько это было мерзкое зрелище.

А все потому что у нее резко упало давление и она отпросилась домой в обед. Только представьте себе, что он не постеснялся собственной дочери, которая также могла вернуться в любой момент со школы.

Оксана понимала, что это уже далеко не первая его интрижка на работе. Только на этот раз она его поймала с поличным.

Костя даже не стал оправдываться. Но не потому что считал это бессмысленным в этой ситуации, а потому что ему было плевать.

— Узнала и ладно. Оно и к лучшему. Выпустишься и женюсь на тебе — говорил он своей студентке, которая была в него безумно влюблена.

— Правда, Константин Павлович?

— Правда, Кристина. И да, здесь я для тебя Костя.

Прошло 3 месяца.

Костя решил писать докторскую, однако вспомнил что кое-какие важные документы забыл в квартире бывшей жены.

С большим отвращением он набирал ее номер. Со стороны даже было ощущение, что ему предложили целиком съесть лимон.

— Слушаю — абсолютно равнодушно ответила Оксана

— Мне нужно забрать свои документы.

Костя не считал нужным с ней здороваться даже из элементарного приличия.

— Разве не все забрал?

— Не все. Сегодня вечером в семь я заеду.

 

Однако то, что ему ответила Оксана, он никак не ожидал услышать.

— Меня в это время не будет дома.

— То есть как? А где ты будешь?

— Это уже не твое дело. Заберешь завтра в обед.

Оксана положила трубку.

Костя был шокирован таким поступком. Ведь в браке она всегда плясала под его дудку и подстраивалась. А теперь трубки только так смеет бросать.

И тогда бывший муж решил показать ей свою принципиальность.

“Может она специально сказала, что ее не будет дома. Да где ей еще быть? Не по свиданкам же бегать в сорок лишнем. На эту курицу без слез никто не взглянет”.

С этими мыслями он отправился к бывшей жене, но ее действительно не оказалось дома. Он решил позвонить дочери, которая отказалась с ним общаться после развода. Но отец был у нее в черном списке.

Он просидел на лавочке примерно час и затем увидел, как к дому подъехала машина. Из нее вышла бывшая жена с роскошным букетом роз. Такая нарядная, счастливая и с лучезарной улыбкой.

Однако эта самая улыбка спала с ее лица, как только она увидела своего бывшего мужа.

— Зачем явился?

— Я же сказал, что мне нужны документы.

— Так и я сказала, что меня не будет дома — уверенно ответила Оксана.

— От кого цветы?

Впервые за долгое время Костя стал интересоваться ее жизнью. Еще бы, потому что сам он ей цветы ни разу после свадьбы больше не дарил.

— Это уже тебя не касается. Забирай свои документы и проваливай.

Они поднялись в квартиру.

Костя был поражен тому, как преобразилось ее жилье. Оксана сделала дизайнерский ремонт, приобрела мебель премиум-класса и вообще зажила как в сказке.

— Откуда деньги на это все?

— Ты забрал то, что тебе нужно? — ответила ему Оксана вопросом на вопрос.

— И все-таки?

— Проваливай.

Но Костя не унимался. Ему действительно не давало покоя происходящее.

— Ты не ответила на вопрос!

— А обязана?

— Да.

— С чего бы это?

— Потому что я твой муж.

— Бывший.

В этот момент Оксана выставила его за дверь и закрыла ее перед самым носом.

Да, такого поворота событий Костя явно не ожидал.

“И выглядит хорошо, и квартиру обставила, и с цветами приехала. Неужели у нее реально кто-то есть? Да быть такого не может! Мы же развелись всего 3 месяца назад. Да и кому она нужна после сорока лет, да еще и с ребенком?”.

Однако всему должно было быть логичное объяснение и он решил это выяснить.

К тому же, он не просто так стал об этом думать. Не сказать, чтобы старые чувства у него резко вспыхнули. За последние годы он вообще стал сильно сомневаться в том, любил ли он вообще когда-то Оксану.

Однако и с Кристиной у него ничего не сложилось. Очередная интрижка, которая не закончилась ничем серьезным. Готовить и обстирывать его она не собиралась. Не для того дорогущий маникюр в салоне делала.

А самому ему это все надоело хуже горькой редьки. Вот и вспомнил про бывшую жену. Она вроде бы еще и похорошела. Может быть что-то и получится.

 

Он решил снова к ней заявиться в гости, но на этот раз при параде и с цветами. Так сказать, попытаться вернуть свое былое положение.

“Я же ей цветы толком не дарил. Сейчас меня увидит и растает. А по поводу цветов… Может на работе корпоратив какой был, вот и подарили. В самом деле, кому она нужна будет кроме меня?” — пытался убедить себя Костя по дороге к жене.

Он постучал в дверь, но ему не сразу открыли. Затем вышла Оксана.

— Привет! Это тебе — пытался Костя вручить их.

— Что за цирк? — спокойно спросила Оксана, даже не посмотрев на букет.

— Я как бы помириться пришел.

Со стороны Костя выглядел как провинившийся школьник, получивший двойку по математике.

— Очнись, мы развелись с тобой 3 месяца назад!

— И что это меняет?

— Многое. Например, то, что у меня теперь другая жизнь и ты мне не нужен.

На фоне послышался мужской голос:

— Дорогая, кто там?

Затем перед Костей встал совершенно незнакомый мужчина в халате, который, судя по внешним данным, был гораздо крепче его.

— Это розыгрыш какой-то?

— Отнюдь — ответила Оксана.

Тут в разговор вмешался этот самый мужчина.

— Сам уйдешь или тебе помочь?

В этот момент Костя растерялся и даже не знал, что на это ответить. Он бросил цветы и побежал вниз по лестнице.

— И веник свой забери — крикнула бывшая жена ему вслед.

Такого унижения он не испытывал еще никогда. Привык, что лишь ему можно называть жену безмозглой курицей и неумехой. Когда-то Костя утверждал, что никому она не сдалась кроме него.

Но, видимо нашелся тот, кто увидел в ней человека. Как жаль, что Костя понял это только сейчас. А вот Оксане было жаль совсем другое — потраченные годы и силы на человека, который ее никогда не ценил.