Молоденькая администратор, безупречно одетая и аккуратная, удивлённо хлопала глазами, глядя на мужчину лет шестидесяти, который стоял у ресепшена. Он был в потёртой одежде с резким запахом, но улыбнулся приветливо и попросил:
— Девушка, оформите мне, пожалуйста, номер люкс.
Его голубые глаза блеснули знакомо — будто где-то София уже видела этот взгляд. Но понять, откуда ей он известен, она не успела. Раздражённо передёрнув плечами, девушка потянулась к тревожной кнопке.
— Простите, но мы не принимаем таких клиентов, — холодно процедила она, высоко подняв подбородок.
— Это каких «таких»? У вас есть какие-то особые правила приёма?
Мужчина выглядел оскорблённым. Не бомж, конечно, но внешний вид… мягко говоря, оставлял желать лучшего. От него несло чем-то неприятным, словно несколько дней назад под батарею положили просоленную селёдку. А ещё он посмел мечтать о люксе! София лишь фыркнула, разглядывая его с насмешкой: даже самый простой номер ему был недоступен.
— Пожалуйста, не задерживайте меня. Хочу принять душ и отдохнуть. Очень устал. Некогда разговаривать.
— Я вам ясно сказала — здесь вам не рады. Ищите другую гостиницу. К тому же все номера заняты. Грязный старик, а лезет в люкс… — полушёпотом добавила она.
Николай Анатольевич знал точно: один номер в этой гостинице всегда остаётся свободным. Он уже собирался возразить, но тут к нему подошли охранники, грубо скрутили руки и вытолкали на улицу. После этого они переглянулись и захихикали — мол, старик решил вспомнить молодость, да не рассчитал сил.
— Старик, ты бы вообще не смог оплатить даже эконом-номер. Пошёл вон, пока кости не пересчитали!
Николай Анатольевич был поражён наглостью. Старик?! Да ему всего шестьдесят! Если бы не эта чертовщина с рыбалкой, он бы им показал, кто тут старик! Хотелось проучить их, но сил на конфликт не было. Ввязываться в драку — значит рисковать оказаться в полиции, а это было категорически невозможно. Пришлось сдержаться и мысленно обещать себе, что если когда-нибудь станет владельцем гостиницы, таких охранников заменит сразу.
Попытка вернуться закончилась провалом: его снова прогнали, угрожая вызвать полицию. Ругаясь себе под нос, Николай Анатольевич добрёл до скамейки в парке. Как такое могло случиться? Он отправился на рыбалку, чтобы отдохнуть, но вышло всё совсем не так. Рыба клевала слабо — только мелочь попадалась, которую он отпускал обратно. Потом начался дождь, и на обратном пути он поскользнулся у заводи, угодив в воду по колено. Выбраться удалось с трудом, зато теперь вся одежда была в грязи, а ключи потеряны без следа.
Дочь, как назло, уехала в командировку, поэтому домой его никто не впустит. Николай приехал к Рите в гости, хотел сделать сюрприз, но оказалось, что она как раз собирается в поездку. Если бы знал заранее, приехал бы позже. Ведь специально взял отпуск, чтобы провести время с дочерью и посмотреть, как она живёт.
— Пап, прости, что оставляю тебя одного. Постараюсь вернуться быстро, а ты не скучай. Обещаешь? — Рита обняла отца и поцеловала в висок.
— Чего мне скучать? На рыбалку схожу, порыбачу. Зачем ещё сюда приезжал? — рассмеялся он.
— А я думала, ты приехал просто так, повидаться со мной, — надула губки Рита, но тут же улыбнулась — знала, что отец шутит.
Собираясь на реку, Николай не проверил заряд телефона. Не думал, что окажется в такой ситуации. Думал, переждёт в гостинице, пока дочка вернётся. Но теперь его не пустили даже внутрь. Хотя раньше такого никогда не случалось. Что за правило такое — судить клиента по внешности? Он не пьян, не оборванец, просто после рыбалки. Конечно, одет не идеально, и пахнет немного рыбой, но разве это причина грубить?
Глядя на разряженный телефон, Николай покачал головой. В городе у него никого не было — ни друзей, ни родственников. Вызвать аварийную службу тоже не получится: дом оформлен на дочь. Телефон же молчал, как партизан.
— И что теперь делать, старик? — усмехнулся он. Так его ещё никогда не называли. Старик? Он ведь мужчина в расцвете сил! Его сотрудники бы ахнули, услышав такое.
Незнакомка, сев рядом, вывела его из размышлений. Женщина средних лет, доброжелательная и ухоженная, протянула ему горячие пирожки. Мужчина благодарно принял угощение, ощущая, как голод сводит желудок.
— Вижу, вы весь день здесь просидели. Что случилось?
Николай рассказал о своих приключениях: о рыбалке, дожде, потерянных ключах и закрытых дверях гостиницы.
— Вряд ли найду их теперь, — вздохнул он. — Скорее всего, упали в воду. Не ожидал, что окажусь в таком положении. И все из-за того, что люди смотрят только на внешность.
Женщина кивнула. Она работала в пекарне неподалёку и заметила, как Николай сидит один, не обращая внимания на прохожих.
— Я сразу поняла, что вы не пьяница, — улыбнулась она. — Вы не производите такого впечатления.
— Да упаси Боже, — усмехнулся Николай. — Здоровье надо беречь, особенно в моём возрасте. Вот только назвали меня сегодня «стариком», и выкинули из гостиницы. Простите, Элла Андреевна, можно ваш телефон? Хотелось бы найти какое-нибудь место на ночь. Дочери звонить не хочу — поздно уже, да и беспокоить её не хочется.
— Если хотите, можете переночевать у меня. Вижу, что вы порядочный человек и просто оказались в сложной ситуации. У меня небольшой дом, но комната найдётся. Помоетесь, отдохнёте, а завтра позвоните дочке спокойно.
— Можно? Огромное вам спасибо! Я обязательно отплачу за вашу доброту!
Николай Анатольевич был искренне рад. Элла Андреевна стала первым человеком за этот день, кто проявил к нему сочувствие и поддержку. Он хотел быть полезным для неё в будущем — хотя пока и не знал, как именно это сделать, но твёрдо решил, что ответит добром на её поступок.
Закрыв пекарню, женщина жестом пригласила его следовать за собой. За свои годы она насмотрелась всякого: люди проходили мимо, когда ей было плохо. Однажды она сама оказалась в беде — никто не обратил внимания, кроме одной молодой девушки, которая вызвала скорую помощь. Если бы не она… Элла Андреевна понимала, что помогая незнакомцу, рисковала. Но у неё не осталось ни родных, ни богатства — после смерти мужа единственное, что оставалось, — это делать добро, надеясь, что где-то там, на небесах, это будет учтено.
Приняв горячий душ и переодевшись в чистую одежду, найденную женщиной специально для него, Николай плотно поужинал. Домик у Эллы был скромным, но уютным. Мужчина привык к более высокому уровню жизни, но сейчас чувствовал себя по-настоящему счастливым. Он уже готовился провести ночь на улице, а теперь оказался в тёплом доме. Казалось, Бог всё же не забыл о нём.
— У вас добрейшее сердце. Спасибо, что не побоялись помочь, — поблагодарил он перед сном.
Утром женщина передала ему телефон, и Николай смог связаться с дочерью. Рита была в ярости, узнав, что отца выкинули из гостиницы без объяснений. Она немедленно направилась туда, чтобы разобраться.
— Мы не могли заселять такого человека. Вы бы видели, как он выглядел! — всхлипнула София, старательно изображая невинность.
— Как человека, нуждающегося в помощи? Он ведь не был пьян или опасен! Сейчас вы все напишете заявления по собственному желанию. Персонал должен быть компетентным и человечным. Гостинией управляет мой отец, и я не позволю так обращаться с людьми.
Сотрудники переглядывались в недоумении — они не понимали, почему должны извиняться перед «жалким стариком». Но Николай появился вовремя: свежий, аккуратный, уверенный. София даже ахнула — теперь она узнала в нём владельца сети предприятий, фотографии которого раньше мелькали в деловых журналах. Её лицо стало бледным, осознание ошибки пришло слишком поздно.
Охранники поспешно попросили прощения, обещали исправиться, но Рита оставалась непреклонной. Никаких шансов остаться на работе не было.
— Папочка, прости, что тебя здесь так встретили. Я найму нового управляющего, который обучит персонал нормальной культуре обслуживания.
София разрыдалась, умоляла простить, но момент был упущен. Близко локоть, да не укусишь.
Когда Николай предложил взять на должность управляющей Эллу Андреевну, Рита согласилась. Мужчина рассказал, что гостиница принадлежит дочери, а сам он просто её отец, которому не дали зайти внутрь. Когда Рита уехала учиться, она полюбила город и решила остаться. Николай не хотел бросать своё дело, но поддержал дочь, подарив ей гостиницу как финансовую опору. Сам он ни разу не заглядывал сюда — вот и получил свой первый опыт как клиента.
Рита хотела создать место, где каждого примут с уважением. Элла Андреевна с воодушевлением подхватила идею. Предложила сотрудничество с другими гостиницами и хостелами — если клиент не может оплатить номер, лучше отправить его туда, чем грубо выгонять. Также можно было добавить завтраки с выпечкой из её пекарни и обучить персонал сама.
Маргарита сразу поняла: она нашла того самого человека, которому можно доверить управление на время командировок или обучения.
Проведя некоторое время у дочери, Николай вернулся домой. Рассказывая друзьям о своих приключениях, он смеялся, но вспоминал тот день с горечью. Это было страшно — оказаться один на один с холодом и равнодушием.
Он стал чаще думать не только о дочери, но и об Элле Андреевне. Вместе они провели всего сутки, но между ними возникло нечто тёплое и важное. Хотя он любил свою покойную жену, жизнь продолжалась, и мысли о том, чтобы не стареть в одиночестве, становились всё настойчивее.
Приняв решение, Николай передал бизнес человеку, которому доверял. Продал квартиру и купил новую — рядом с дочерью и Эллой Андреевной. Женщина обрадовалась новости — теперь они смогут видеться чаще. Хоть и не спешили с выводами, но Николай всё же пригласил её в театр на выходные. А она не отказалась.
Рита лишь игриво поднимала брови и загадочно улыбалась, наблюдая за отцом. Она давно заметила, как между двумя людьми зарождается нечто большее. И была искренне счастлива, что отец снова начал улыбаться по-настоящему.
